4.9. Объяснение, понимание, интерпретация в социально-гуманитарных

Объяснение, понимание, интерпретация в социально-гуманитарных науках

4.9. Объяснение, понимание, интерпретация в социально-гуманитарных

Объяснение как познавательно-аналитическая процедура приобрело ведущее значение в научном познании Нового времени. Объяснение связано с реальностью.

Человек благодаря мышлению раскрывает в ней закономерный порядок, логически обусловливает этот порядок, подтверждает его через эксперимент. Таким образом, объяснение позволяет подвести те или иные теории под истинные, соотнося их с действительностью.

Объяснение широко используется в естественных науках и в социогуманитаном знании, где тесно сопрягается с процедурой понимания.

Понимание — это метод, обосновывающий методологическую автономию социальных и гуманитарных наук. Впервые как самостоятельная теоретико-методологическая проблема понимания поставлена В. Дильтеем.

Настаивая на самоценности и самодостаточности исторического и культурного мира, он поставил перед философией новую задачу — построить такую систему познания, предметом которой стал бы «целостный человек во всем многообразии его сил».

Социогуманитарное знание Дильтей определяет как «науки о духе», имеющие свою специфику. Главной задачей этих наук становится интерпретация (истолкование, разъяснение) значения социокультурных феноменов.

Постепенно идея понимания стимулировала развитие методологии, более адекватной для социального и гуманитарного знания: истории, филологии, антропологии, этики, права и других социальных и гуманитарных наук. Ключевыми для нее стали принципы герменевтики (от греч.

Иегтёпеийкоз — разъясняющий, истолковывающий), заключающиеся в том, чтобы делать понятным, доводить до понимания. Искусство толкования иносказаний, многозначных символов было распространено уже в древнегреческой философии и филологии.

В Средние века термин «герменевтика» означал учение о правильном толковании священных текстов Библии.

Современная философская герменевтика обязана своим рождением немецкому классику-филологу и теологу Фридриху Шлейермахеру (1768—1834).

Помимо простой техники понимания и толкования разных сочинений (например, священных текстов) он разработал структуру интерпретации, характеризующую понимание как таковое, причем Шлейермахер мыслил герменевтику прежде всего как искусство понимания чужой индивидуальности.

Согласно данному подходу, следует сначала понять целое, чтобы затем стали ясны части и элементы, а для этого необходимо, чтобы интерпретируемый объект и интерпретирующий субъект принадлежали одному горизонту, были в одном круге. Горизонт в данном контексте означает «предварительное понимание».

Шлейермахер первым ввел понятие «герменевтического круга». В основе проблемы круга — удержание целостности операции понимания, охватывающей как объект, так и субъект. Шлейермахер выделил два фундаментальных свойства «герменевтического круга»:

О необходимое предзнание целостности интерпретативного действия;

О принадлежность действия и понимания к более широкому горизонту.

Как отмечено выше, заслуга систематического развития тезиса, согласно которому понимание есть не частный аспект теории познания, но фундамент всего гуманитарного знания, принадлежит Дильтею. Он считал, что понимание надо рассматривать как единственно адекватное средство передачи целостности, т.е.

ее прояснения и осмысления. Подобно тому, как герменевтика Шлейермахера выросла из его философии индивидуальности, дильтеевское учение о герменевтике основывалось на его философии жизни.

Дильтея занимал вопрос: каким образом можно проникнуть в сущность жизни, которая, по его мнению, составляет сущность человека?

Постигнуть, что такое жизнь, можно лишь через историю или жизнь другого человека: «Внутренний опыт, при котором я углубляюсь в свои собственные состояния, никогда не даст мне возможности осознать свою индивидуальность. Только в сравнении себя с другими я имею опыт относительно индивидуального во мне; я сознаю только то, что во мне отлично от другого».

Дильтей не обращался к «понимающей психологии» как опыту постижения целостности духовно-душевной жизни, так как пытался избегать психологизма. Он считал, что при психологическом подходе к душевной жизни индивидуальности представляют собой изолированные миры и их взаимопроникновение невозможно.

Необходимость общезначимости познания требовала выхода за пределы психологической трактовки индивидуальности.

Э. Гуссерль последовал именно по этому пути в основанной им феноменологии.

Анализируя «чистое сознание» (освобожденное от всякого психологизма), Гуссерль выделил неосознаваемый фон интенционал ьных актов сознания, тот «нетематический горизонт», который дает «предварительное знание» о предмете.

Интенцыо- нальностъ — это направленность (устремленность) сознания на предмет; непрерывное динамическое выхождение за собственные границы.

Нетематическое содержание сознания выступает у него аналогом понятия бессознательного. Поскольку Гуссерль пытался избегать всякого психологизма, он обращается к аристотелевской традиции, различающей актуальное и потенциальное содержание сознания.

У Гуссерля тематическое (актуальное) содержание сознания означает все то, что является содержанием интенционального акта; нетематическое (потенциальное) — то, что в данный момент не находится в поле сознания, а составляет некий «фон», горизонт, который можно тематизировать слой за слоем, но никогда нельзя актуализировать до конца. Гуссерль был убежден, что сознание не может до конца тематизировать предмет, что всегда остается нетематизированный «горизонт», «фон восприятия», принципиально неустранимый до конца. Горизонт у него имеет подвижные границы. Горизонты отдельных предметов сливаются в единый тотальный горизонт, который Гуссерль впоследствии назвал «жизненный мир» [3].

Ханс Георг Гадамер (1900—2002) понимает герменевтику как учение о бытии. Гадамер в ставшей классической работе «Истина и метод» (1960) оттолкнулся от мнения М. Хайдеггера о том, что «герменевтический круг» нельзя трактовать как неустранимое неудобство. Важно понять, что в нем есть онтологически положительный смысл.

Подчинить себя изучаемому предмету, неуклонно поддерживать направление взгляда на объект, избегая колебаний и внутренних возмущений, — едва ли не самое сложное в технике понимания. Читающий текст всегда имеет определенный проект: даже самый непосредственный смысл читается в свете некоторых ожиданий.

Однако изначальный проект не может не пересматриваться по мере проникновения в текст.

Согласно Гадамеру, схема герменевтического перехода вкратце такова. Есть тексты, несущие смысл. Смыслы в свою очередь говорят о вещах. Толкователь входит в них умом с определенным предпониманием.

Всегда есть первоначальный рисунок события просто потому, что интерпретатор читает текст с известным ожиданием, источником которого является предпони- мание.

Одной из главных задач герменевтики Гадамер считает восстановление авторитета традиции, которая придает смысл всей «исторической дистанции», «временного отстояния» какого-либо события.

Э. Бетти, итальянский историк права, поставил перед собой задачу обобщения всей герменевтической традиции. В 1962 г. он опубликовал исследование «Герменевтика как общая методика наук о духе». Уже по названию работы мы видим, что Бетти следует идеям Дильтея. Бетти сформулировал четыре канона интерпретации.

Первый канон герменевтической автономии объекта предполагает, что объект интерпретации — продукт человеческого духа, а значит, в нем наличествует некая формирующая интенция. Именно этот смысл надлежит искать интерпретатору. Смысл есть то, что обнаружимо в открытии, нечто находимое, скрытое, а не то, что привносится извне.

Второй канон также относится к объекту интерпретации и называется критерием когерентности. Каждая мысль находится в определенном отношении к целому. Критерий когерентности говорит о том, что части текста могут быть поняты только в свете целого, а целое может быть понято лишь в связи с его частями, в уточнении деталей.

Третий канон — критерий актуальности понимания. Интерпретатор не может снять свою субъективность до конца. Он идет к пониманию объекта, отталкиваясь от собственного опыта, «транспортируя» объект в его собственном духовном горизонте. Сам процесс понимания сообщает субъекту максимальную жизненную энергию и интенсивное индивидуальное начало.

Четвертый канон говорит о соотносимости смыслов, или об адекватности понимания. Люди могут понять друг друга, если они находятся на одном уровне (конгениальны). Желать понять — этого мало.

Необходим «духовный просвет», подходящая перспектива для открытия и понимания. Речь идет об определенной предрасположенности души: моральной и теоретической.

Важны богатство интересов и широта горизонта интерпретатора.

Итак, герменевтика постепенно становится методологией социального и гуманитарного познания. Процедуры объяснения как интерпретации и понимания, прочтения текста в определенном культурно-историческом контексте находят сегодня широкое применение в психологии, социологии, филологии, исторической, экономической и юридической науках.

Источник: https://vuzlit.ru/1435359/obyasnenie_ponimanie_interpretatsiya_sotsialno_gumanitarnyh_naukah

Объяснение, понимание, интерпретация в социальных и гуманитарных науках

4.9. Объяснение, понимание, интерпретация в социально-гуманитарных

Понимание. Проблема понимания и его соотношения с познанием (и объяснением) обсуждается давно и сегодня является актуальной и во многом дискуссионной.

Дильтея понимание представлено как проникновение в духовный мир автора текста, неразрывно связанное с реконструкцией культурного контекста его создания,

Хайдеггера это специфически человеческое отношение к действительности, способ бытия человека в мире.

qСогласно Гадамеру, понимание прошлой культуры неотделимо от самопонимания интерпретатора.

Поэтому предметом понимания является не смысл, вложенный автором в текст, а то предметное содержание («суть дела»), с осмыслением которого связан данный текст.

При этом, всякое понимание есть проблема языковая: оно достигается (или не достигается) в «медиуме языковости» и в доказательствах не нуждается.

Тем самым понятие «смысл» является ключевым в решении проблемы понимания. Смысл — это не только синоним значения языковых выражений (слов, предложений и т.п.). Это сложное, многогранное явление:

1. Во-первых, под смыслом необходимо иметь в виду «к чему» и «ради чего» всякого поступка, поведения, свершения.

2. Во-вторых, у смысла есть направленность, точнее он сам есть направленность к какому-то концу, т.е. предназначение, конечная цель чего-либо (смысл жизни, смысл истории и т.д.).

Что касается процессов смыслообразования, то они происходят в сфере традиций, обычаев, ритуалов, символики и находят свое отражение в языке.

Кроме внутренних, существуют и внешние причины смыслообразований:

q взаимодействие и общение самобытных культур,

q практическое и духовное сопоставление их смысловых фондов и др.

Поэтому понимание — это всегда подключение к смыслам человеческой деятельности. Герменевтика представляется как теория и практика истолкования (интерпретации) текстов— от текста какого-либо литературного и другого источника до всемирной истории как текста.

Наряду с описанием, объяснением, истолкованием (интерпретацией) понимание относится к основным процедурам функционирования научного знания.

Многочисленные подходы к исследованию понимания показывают, что процесс этот обладает своей спецификой.

Причем понимание может выступать в двух ракурсах: как приобщение к смыслам человеческой деятельности и как смыслообразование. Понимание неотделимо от самопонимания и происходит в стихии языка.

Представитель современной французской герменевтики Поль Рикер

считает, что понимание никогда не отрывается от познания, а просто представляет собой «этап в работе по присвоению смысла», это выявление мышлением смысла, скрытого в символе. При этом Рикер исходит из того, что:

а) герменевтика — это последовательное осуществление интерпретаций;

б) суть герменевтики — многообразие интерпретаций (вплоть до конфликта, что хорошо);

в) понимание — искусство постижения значения знаков, передаваемых одним сознанием и воспринимаемых другим сознанием через их внешние выражения;

г) один и тот же текст имеет несколько смыслов и эти смыслы наслаиваются друг на друга.

Важная методологическая проблема социально-гуманитарного познаниясостоит в том, чтобы, исходя из понимания текста как «материализованного выражения духовной культуры», распредметить субъективные смыслы, объективированные в текстах, «услышать через них человеческие голоса» и с их помощью проникнуть в «дух» минувших эпох, чужих культур.

Во-первых, любой текст — источник множества его пониманий и толкований. Произведение содержит в себе одновременно несколько смыслов. Поэтому понимание текста не может ограничиться лишь тем смыслом, который вложил в него автор произведения (текста, произведения искусства и т.п.), но и его интерпретатор.

Во-вторых, эта множественность смыслов раскрывается не сразу, а только в благоприятных для этого развития смысловых культурных контекстах последующих эпох.

В-третьих, смысл текста в процессе исторического развития изменяется. Каждая эпоха открывает — особенно в великих произведениях — что-то новое, свое. Новое понимание «снимает» старый смысл, переоценивает его.

В-четвертых понимание текста — это не готовый результат, а диалектический процесс, диалог разных культурных миров, результат столкновения смыслов «свое – чужое» (Бахтин), диалог текстов, личностей, культур.

В-пятых, понять текст чужой культуры — значит уметь находить ответы на вопросы, которые возникают в нашей современной культуре.

В современной литературе существуют различные классификации видов, типов и уровней понимания. Так, Г. И. Рузавин выделяет три основных типа понимания:

A) Понимание, возникающее в процессе языковой коммуникации, происходящей в диалоге. Результат понимания или непонимания здесь зависит от того, какие значения вкладывают собеседники в свои слова.

Б) Понимание, связанное с переводом с одного языка на другой. Тут имеют дело с передачей и сохранением смысла, выраженного на чужом язы-

ке, с помощью слов и предложений родного языка.

B) Понимание, связанное с интерпретацией текстов, произведений художественной литературы и искусства, а также поступков и действий людей в различных ситуациях. Здесь недостаточно ограничиться интуитивным постижением смысла (интуиция, воображение, сопереживание и др. психологические факторы). Это первый уровень понимания.

Говоря о понимании, следует обратить внимание еще на два важных момента:

1. Его краеугольным камнем является принцип герменевтического круга, выражающий циклический характер понимания.

Этот принцип связывает объяснение и понимание: для того, чтобы нечто понять, его нужно объяснить и наоборот.

Данная взаимосвязь выражается как круг целого и части: для понимания целого необходимо понять его отдельные части, а для понимания отдельных частей уже необходимо иметь представление о смысле целого.

2. Нужно ли соотносить понимание с современной эпохой? По этому вопросу существуют две основные позиции:

А) Не нужно. Согласно этой точке зрения, адекватное понимание текста сводится к раскрытию того смысла, который вложил в него автор. Однако это фактически не происходит, ибо каждая эпоха подходит к текстам (например, к произведениям искусства) со своими критериями.

Б) Процесс понимания неизбежно связан с приданием дополнительного смысла тому, что пытаются понять. Следовательно, понимать текст, как его понимал автор, недостаточно.

Это значит, что понимание является творческим и не сводится к простому воспроизведению авторского смысла, а обязательно включает критическую его оценку, сохраняет позитивное, обогащает его смыслом современных реалий и органически связано со смыслом авторской позиции.

Объяснение —это познавательная процедура. Ее цели:

qвыявление сущности изучаемого предмета,

qподведение его под закон (обобщение) с выявлением причин и условий, источников его развития и механизмов их действия.

qобъяснение обычно тесно связано с описанием и составляет основу для научного предвидения.

qраскрывая сущность объекта, объяснение также способствует уточнению и развитию знаний, которые используются в качестве основания объяснения.

Виды и подходы объяснения. В современной методологии широкой известностью и признанием пользуется дедуктивно-номологическая модель научного объяснения. Эта модель (схема) подводит объясняемое явление под определенный закон — в этом состоит его особенность. В данной модели

объяснение сводится к дедукции явлений из законов. Эта объяснения описывает лишь конечный результат, а не реальный процесс объяснения в науке.

В области гуманитарных, социальных наук используется:

1. т.н. рациональное объяснение, когда при объяснении поступка некоторой исторической личности исследователь старается вскрыть те мотивы, которыми руководствовался действующий субъект, и показать, что в свете этих мотивов поступок был рациональным (разумным).

2. Большую сферу охватывает телеологическое объяснение. Оно указывает не на рациональность действия, а просто на цель, которую преследует индивид, осуществляющий действие, на намерения участников исторических событий.

Что касается научного познания в целом, то в нем необходимо сочетать (а не противопоставлять друг другу) различные виды объяснения для более глубокого постижения природы и социальной жизни.

Понимание и объяснение тесно связаны. Однако надо иметь в виду, что понимание не сводится к объяснению, т.е.

подведению изучаемого явления под закон и причину, так как — особенно в социальном познании — невозможно отвлечься от конкретных личностей, их деятельности, от их мыслей и чувств, целей и желаний и т.п.

Кроме того, понимание нельзя противопоставлять объяснению, а тем более отрывать друг от друга эти две исследовательские процедуры, которые дополняют друг друга и действуют в любой области человеческого познания.

Существует и такая форма как каузальное объяснение: предсказание и ретросказание.

Объяснения, обладающие силой предсказания, играют исключительно важную роль в экспериментальных науках.

С другой стороны, ретросказательные объяснения занимают важное место в таких науках, как космогония, геология, теория эволюции, изучающих историю (развитие) природных событий и процессов.

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Источник: https://studopedia.ru/18_18472_ob-yasnenie-ponimanie-interpretatsiya-v-sotsialnih-i-gumanitarnih-naukah.html

Объяснение, понимание, интерпретация в социальных и гуманитарных

4.9. Объяснение, понимание, интерпретация в социально-гуманитарных
Объяснение как познавательно-аналитическая про­цедура приобрело ведущее значение в научном познании Нового времени. Объяснение связано с реальностью. Человек благодаря мышлению раскрывает в ней закономерный порядок, логически обусловливает этот порядок, подтверждает его через эксперимент.

Таким образом, объяснение позволяет подвести те или иные тео­рии под истинные, соотнося их с действительностью. Объяснение широко используется в естественных науках и в социогуманитар- ном знании, где тесно сопрягается с процедурой понимания.

Понимание — это метод, обосновывающий методологическую автономию социальных и гуманитарных наук.

Впервые как само­стоятельная теоретико-методологическая проблема понимания поставлена В. Дильтеем. Настаивая на самоценности и самодоста­точности исторического и культурного мира, он поставил перед философией новую задачу — построить такую систему познания, предметом которой стал бы «целостный человек во всем многооб­разии его сил».

Социогуманитарное знание Дильтей определяет как «науки о духе», имеющие свою специфику [4]. Главной зада­чей этих наук становится интерпретация (истолкование, разъяс­нение) значения социокультурных феноменов.

Постепенно идея понимания стимулировала развитие методо­логии, более адекватной для социального и гуманитарного знания: истории, филологии, антропологии, этики, права и других соци­альных и гуманитарных наук. Ключевыми для нее стали принципы герменевтики (от греч.

Иегтёпеийкоз — разъясняющий, истолковы­вающий), заключающиеся в том, чтобы делать понятным, доводить до понимания. Искусство толкования иносказаний, многозначных символов было распространено уже в древнегреческой философии и филологии.

В Средние века термин «герменевтика» означал уче­ние о правильном толковании священных текстов Библии.

Современная философская герменевтика обязана своим рождением немецкому классику-филологу и теологу Фридри­ху Шлейермахеру (1768—1834).

Помимо простой техники пони­мания и толкования разных сочинений (например, священных текстов) он разработал структуру интерпретации, характери­зующую понимание как таковое, причем Шлейермахер мыслил герменевтику прежде всего как искусство понимания чужой ин­дивидуальности.

Согласно данному подходу, следует сначала понять целое, чтобы затем стали ясны части и элементы, а для этого необходимо, чтобы интерпретируемый объект и интерпретирующий субъект принадлежали одному горизонту, были в одном круге. Горизонт в данном контексте означает «предварительное понимание» [2].

Шлейермахер первым ввел понятие «герменевтического кру­га». В основе проблемы круга — удержание целостности операции

понимания, охватывающей как объект, так и субъект. Шлейер- махер выделил два фундаментальных свойства «герменевтическо­го круга»:

О необходимое предзнание целостности интерпретативного действия;

О принадлежность действия и понимания к более широкому гори­зонту.

Как отмечено выше, заслуга систематического развития тезиса, согласно которому понимание есть не частный аспект теории по­знания, но фундамент всего гуманитарного знания, принадлежит Дильтею. Он считал, что понимание надо рассматривать как един­ственно адекватное средство передачи целостности, т.е.

ее прояс­нения и осмысления. Подобно тому, как герменевтика Шлей- ермахера выросла из его философии индивидуальности, дильте- евское учение о герменевтике основывалось на его философии жизни.

Дильтея занимал вопрос: каким образом можно проник­нуть в сущность жизни, которая, по его мнению, составляет сущ­ность человека?

Постигнуть, что такое жизнь, можно лишь через историю или жизнь другого человека: «Внутренний опыт, при котором я углуб­ляюсь в свои собственные состояния, никогда не даст мне воз­можности осознать свою индивидуальность. Только в сравнении себя с другими я имею опыт относительно индивидуального во мне; я сознаю только то, что во мне отлично от другого» (цит. по: [2. С. 397]).

Дильтей не обращался к «понимающей психологии» как опыту постижения целостности духовно-душевной жизни, так как пытался избегать психологизма. Он считал, что при психо­логическом подходе к душевной жизни индивидуальности пред­ставляют собой изолированные миры и их взаимопроникновение невозможно.

Необходимость общезначимости познания требова­ла выхода за пределы психологической трактовки индивидуаль­ности.

Э. Гуссерль последовал именно по этому пути в основанной им феноменологии.

Анализируя «чистое сознание» (освобожденное от всякого психологизма), Гуссерль выделил неосознаваемый фон интенционал ьных актов сознания, тот «нетематический горизонт», который дает «предварительное знание» о предмете. Интенцыо- нальностъ — это направленность (устремленность) сознания на предмет; непрерывное динамическое выхождение за собственные

границы. Нетематическое содержание сознания выступает у него аналогом понятия бессознательного. Поскольку Гуссерль пытался избегать всякого психологизма, он обращается к аристотелевской традиции, различающей актуальное и потенциальное содержание сознания.

У Гуссерля тематическое (актуальное) содержание со­знания означает все то, что является содержанием интенциональ- ного акта; нетематическое (потенциальное) — то, что в данный момент не находится в поле сознания, а составляет некий «фон», горизонт, который можно тематизировать слой за слоем, но ни­когда нельзя актуализировать до конца. Гуссерль был убежден, что сознание не может до конца тематизировать предмет, что все­гда остается нетематизированный «горизонт», «фон восприятия», принципиально неустранимый до конца. Горизонт у него имеет подвижные границы. Горизонты отдельных предметов сливаются в единый тотальный горизонт, который Гуссерль впоследствии на­звал «жизненный мир» [3].

Ханс Георг Гадамер (1900—2002) понимает герменевтику как учение о бытии. Гадамер в ставшей классической работе «Истина и метод» (1960) оттолкнулся от мнения М. Хайдеггера о том, что «герменевтический круг» нельзя трактовать как неустранимое не­удобство. Важно понять, что в нем есть онтологически положи­тельный смысл.

Подчинить себя изучаемому предмету, неуклонно поддерживать направление взгляда на объект, избегая колебаний и внутренних возмущений, — едва ли не самое сложное в технике понимания. Читающий текст всегда имеет определенный проект: даже самый непосредственный смысл читается в свете некоторых ожиданий.

Однако изначальный проект не может не пересматри­ваться по мере проникновения в текст.

Согласно Гадамеру, схема герменевтического перехода вкратце такова. Есть тексты, несущие смысл. Смыслы в свою очередь говорят о вещах. Толкователь входит в них умом с опре­деленным предпониманием.

Всегда есть первоначальный рису­нок события просто потому, что интерпретатор читает текст с из­вестным ожиданием, источником которого является предпони- мание.

Одной из главных задач герменевтики Гадамер считает восстановление авторитета традиции, которая придает смысл всей «исторической дистанции», «временного отстояния» како­го-либо события [1].

Э. Бетти, итальянский историк права, поставил перед собой задачу обобщения всей герменевтической традиции. В 1962 г. он опубликовал исследование «Герменевтика как общая методика наук о духе». Уже по названию работы мы видим, что Бетти следу­ет идеям Дильтея. Бетти сформулировал четыре канона интерпре­тации.

Первый канон герменевтической автономии объекта предполагает, что объект интерпретации — продукт человеческого духа, а значит, в нем наличествует некая формирующая интенция. Именно этот смысл надлежит искать интерпретатору. Смысл есть то, что обнаружимо в открытии, нечто находимое, скрытое, а не то, что привносится извне.

Второй канон также относится к объекту интерпретации и называется критерием когерентности. Каждая мысль находится в определенном отношении к целому. Критерий когерентности го­ворит о том, что части текста могут быть поняты только в свете це­лого, а целое может быть понято лишь в связи с его частями, в уточнении деталей.

Третий канон — критерий актуальности понимания. Ин­терпретатор не может снять свою субъективность до конца. Он идет к пониманию объекта, отталкиваясь от собственного опыта, «транспортируя» объект в его собственном духовном горизонте. Сам процесс понимания сообщает субъекту максимальную жиз­ненную энергию и интенсивное индивидуальное начало.

Четвертый канон говорит о соотносимости смыслов, или об адекватности понимания. Люди могут понять друг друга, если они находятся на одном уровне (конгениальны). Желать по­нять — этого мало.

Необходим «духовный просвет», подходящая перспектива для открытия и понимания. Речь идет об определен­ной предрасположенности души: моральной и теоретической.

Важны богатство интересов и широта горизонта интерпретато­ра [2].

Итак, герменевтика постепенно становится методологией социального и гуманитарного познания. Процедуры объяснения как интерпретации и понимания, прочтения текста в определен­ном культурно-историческом контексте находят сегодня широкое применение в психологии, социологии, филологии, историче­ской, экономической и юридической науках.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. ГадамерХ.Г. Истина и метод. М., 1988.

2. Гайденко П.П. Прорыв к трансцендентному. М., 1997.

3. Гуссерль Э. Философия как строгая наука // Хрестоматия по зарубеж­ной философии конца XIX — начала XX века. М., 1995.

4. Дилътей В. Типы мировоззрений // Хрестоматия по зарубежной фи­лософии конца XIX — начала XX века. М., 1995.

Источник: https://knigi.news/uchebniki-filosof/obyyasnenie-ponimanie-interpretatsiya-49101.html

Scicenter1
Добавить комментарий