АНАЛИТИЧЕСКИЕ И СИНТЕТИЧЕСКИЕ СУЖДЕНИЯ: , разделение суждений (утверждений, предложений) в зависимости от

Суждения аналитические

АНАЛИТИЧЕСКИЕ И СИНТЕТИЧЕСКИЕ СУЖДЕНИЯ: , разделение суждений (утверждений, предложений) в зависимости от

Аналитические суждения — это класс суждений (утверждений, высказываний, предложений — см. Суждение), истинность которых устанавливается путём чисто логического анализа (см.

 Логика) составляющих их элементов (терминов, элементарных высказываний) без обращения к внелогической или внеязыковой информации. Термин «аналитические суждения» введён И.

 Кантом и впоследствии получил широкое применение в различных направлениях современной философской мысли, главным образом в рамках аналитической философии.

Понятие аналитических суждений в противопоставлении понятию синтетических суждений было впервые сформулировано Кантом применительно к суждениям с субъектно-предикатной структурой: «Аналитические суждения высказывают в предикате только то, что уже мыслилось в понятии субъекта, хотя и не столь ясно и не с таким же сознанием» (Кант И. Сочинения, т. 4 (1). — М.

, 1965, с. 80). Таким образом, под аналитическими Кант понимает такие суждения, где предикат, уже содержащийся в понятии субъекта и смутно мыслящийся в нём, эксплицируется из этого понятия по закону тождества. Хотя аналитические суждения и не расширяют сферу познаний, они всё же расширяют сферу отчётливо мыслимого.

В этом психологическом моменте основное отличие аналитических суждений от бессодержательных тавтологий. Будучи основанными на непреложном законе тождества, все аналитические суждения априорны (строгая необходимость трактуется Кантом в качестве одного из критериев априорного знания).

В метафизике, как и в других науках, аналитические суждения играют служебную роль, уточняя и разъясняя основные понятия.

Вместе с тем, определяющие признаки аналитических суждений, не связанные только с суждениями с субъектно-предикатной структурой, по существу были сформулированы уже Г. В. Лейбницем в контексте противопоставления им «истин разума» и «истин факта».

Последние понимались Лейбницем как необходимые истины, устанавливаемые путём анализа их составляющих, причём безотносительно к эмпирической информации.

«Истины разума» рассматривались им как априорные «истины во всех возможных мирах», то есть как истины, которые независимы от положения дел, как оно складывается в этом реально существующем мире.

Д. Юм проводит различение «отношения идей» и «положений дел»: первые носят для него необходимый характер и устанавливаются путём чисто логического анализа понятий.

И для Лейбница, и для Юма априорность утверждений, их независимость от опыта жёстко связана с их аналитичностью (в отличие от Канта, вводящего понятие синтетических априорных суждений).

Новая волна интереса к понятию «аналитические суждения» была связана в гносеологии и методологии науки XX века прежде всего с развитием исследований по обоснованию математики и математической логики.

Б. Рассел и Л.

 Витгенштейн сформулировали понятие тавтологий (или тождественно истинных высказываний), посредством которого они интерпретируют статус так называемых законов логики, то есть формул исчислений математической логики, истинных при любой подстановке в них дескриптивных постоянных вместо переменных. К содержанию этого понятия применяется термин «аналитические суждения», хотя, строго говоря, классическому смыслу этого термина, по Канту, соответствуют только дескриптивные аналитические суждения типа «всякий холостой мужчина не женат». В соответствии с разделявшейся Расселом и Витгенштейном концепцией логицизма, сводящей математику к логике, признак аналитичности был распространён и на положения математики. Эта трактовка аналитических суждений легла в основу классификации предложений языка науки логическим позитивизмом Венского кружка.

Согласно этой классификации, все осмысленные предложения языка науки исчерпывающе делятся на два взаимоисключающих типа, для обозначения которых применяются идущие от Канта термины аналитичности и синтетичности утверждений. Определяющим признаком первой выступает возможность чисто логического обоснования.

При этом специфика трактовки аналитичности в логическом позитивизме заключается в истолковании аналитических предложений как схем допустимых формальных преобразований в системе языка.

Если для классического рационализма аналитические суждения выступали как логически необходимые, содержательные «истины разума», то для логического позитивизма аналитические предложения оказываются языковыми конструкциями, которые не несут в себе какой-либо информации о мире, являются «тавтологиями» (в специфическом смысле этого термина в философии логического анализа), принимаются на основе конвенционально устанавливаемых правил «языка науки».

Трактуя логику и математику в противопоставлении остальным так называемым фактуальным наукам как «формальную науку», состоящую из подобного рода аналитических предложений, логические позитивисты пытались примирить свой «радикальный эмпиризм» в трактовке фактуальной науки с признанием специфики статуса логики и математики, всегда представлявшим непреодолимую трудность для эмпиризма. Кроме аналитических предложений формальной науки, то есть логики и математики, в предлагаемой логическими позитивистами схеме предусматривался и подкласс дескриптивных аналитических предложений фактуальной науки, приводимых на основе правил языка к виду «предложений логики», что, собственно, только и соответствовало аналитичности в классическом смысле Канта.

И логика, и математика, предлагая определённые правила работы в языке науки, основываются тем не менее на определённых онтологических установках.

В последующем развитии методологии науки, использующей идеи логической семантики, аналитичность интерпретируется как возможность обоснования утверждений при помощи исходных семантических правил данного языка, но при этом она оказывается связанной с наличием некоторых исходных предпосылок рассмотрения мира, постулируемого семантикой данной языковой системы. Рациональный смысл различения аналитичности и синтетичности фиксирует реальную методологическую проблематику выделения исходных основоположений построения языков науки и предложений, связанных с выражением той информации, которая ассимилируется в этих языках. Поскольку и семантика исходных постулатов языковой системы задаёт определённый взгляд на мир, определённую его картину, аналитические суждения не являются в этом смысле «истинами во всех возможных мирах» (как характеризовал их Лейбниц), а только в том «мире», картина которого задана семантикой соответствующей языковой системы. Таким образом, явно или неявно сами исходные семантические постулаты языка предполагают определённую онтологию (см. Онтология).

Источник: https://gtmarket.ru/concepts/7204

Аналитические и синтетические суждения

АНАЛИТИЧЕСКИЕ И СИНТЕТИЧЕСКИЕ СУЖДЕНИЯ: , разделение суждений (утверждений, предложений) в зависимости от

суждения, различаемые по способу установления. Аналитические — суждения, истинность которых устанавливается путем чисто логического анализа. Синтетические — суждения, истинность которых обосновывается путем обращения к внешней информации.

Источник: Глоссарий философских терминов проекта Distance

разделение суждений (утверждений, предложений) в зависимости от способа установления их истинности. Истинность аналитических суждений выявляется путем чисто логического анализа, синтетических – обращением к внешней информации, знанию о действительности.

Источник: Философия науки. Эпистемология. Методология. Культура

разделение суждений (утверждений, предложений) в зависимости от способа установления их истинности; аналитическими наз. такие суждения, истинность к-рых устанавливается путем чисто логич. анализа (терминов, элементарных высказываний), синтетическими наз. такие, истинность к-рых обосновывается посредством обращения к внеш. информации, к знаниям о внелогич. действительности.

Разделение на А. и с. с. намечается уже у Лейбница, различавшего «истины разума» и «истины факта», а также у Юма, разграничившего «отношение идей» и «положение дел». Явную формулировку этого разделения и сами термины «А. и с. с.» дал Кант по отношению к суждениям с субъектно-предикатной структурой (см. Соч., т. 4, ч. 1, М., 1965, с. 80).

Синтетич. суждения, по Канту, могут быть как апостериорными, так и априорными (см. Апостериори и априори). Противопоставив свою позицию Канту, логич. позитивисты отождествили класс синтетич. истин с классом эмпирич.

«предложений наблюдения», а аналитические истолковали на основе конвенционально устанавливаемых правил языка (не содержащих знания о мире).

В совр. логике и методологии науки, использующих идеи логич. семантики, аналитичность понимается как возможность обоснования утверждений при помощи лишь исходных семантич. правил данного языка, а синтетичность предполагает обращение к внеязыковым факторам.

При этом аналитичность связана с исходными предпосылками рассмотрения мира, постулируемого семантикой данного языка, а синтетичность — с возможностью выражения в рамках семантики данного языка нового знания, порожденного освоением внеш. информации о мире. Т. о., различение аналитичности и синтетичности фиксирует реальную методологич.

проблему — выделение исходных оснований построения языков науки и той эмпирич. информации, к-рая в них используется.

Источник: Советский философский словарь

А. с. — суждения, истинность которых устанавливается без обращения к действительности посредством логико-семантического анализа их компонентов. С. с. — суждения, истинность которых устанавливается только в процессе их сопоставления с той реальностью, о которой они говорят.

Впервые в ясной форме разделение суждений на А. и С. было осуществлено немецким философом И. Кантом (1724-1804). А. с. Кант называл такое суждение, предикат которого уже входит в содержание субъекта и, таким образом, ничего не добавляет к тому, что мы знали о субъекте. Напр., суждение «Всякий холостяк неженат» является аналитическим, т. к.

признак «быть неженатым» уже мыслится в содержании понятия «холостяк». «Всякое тело протяженно», «Москвичи живут в Москве» — все это А. с. Синтетическим же, согласно Канту, является такое суждение, предикат которого добавляет что-то новое субъекта, напр. «Алмаз горюч», «Тихий океан — самый большой из океанов Земли» и т. п. Считается, что только С. с. выражают новое знание, А. с.

представляют собой тавтологии, не содержащие никакой информации.

Современная логика расширила понятие А.С., включив в число таких суждений и сложные суждения, истинность которых можно установить лишь на основе логических правил, не обращаясь к реальности. Напр.

, если нам дано суждение «а —> а», то нам не нужно обращаться к действительности, чтобы узнать, истинно или ложно суждение «а», — в любом случае данная импликация будет истинной. Следовательно, это А. с. Различие между А. и С. с.

не является строгим и четким, ибо наши понятия в процессе развития познания изменяют свое содержание, включают в него новые признаки, а это приводит к тому, что какие-то С. с. становятся А.с. Напр., когда-то суждение «Все тигры полосаты» было С. с. и несло в себе новую информацию о тиграх.

Но сейчас понятие «тигр», кажется, уже включило в свое содержание признак полосатости. Скорее всего мы затруднимся назвать тигром животное, во всем похожее на тигра, но лишенное характерных полос на шкуре. Следовательно, это суждение стало А. с.

Источник: Словарь по логике

В соответствии с филос. традицией, идущей от Юма и Канта, аналитическими суждениями (предложениями, высказываниями) называют предложения, истинность к-рых может быть установлена в силу только логич.

принципов и определений терминов, входящих в эти предложения; синтетическими – предложения, истинность к-рых может быть установлена лишь при условии обращения к нек-рым фактическим (внелогическим) данным, не формулируемым в указанных предложениях. Если Юм рассматривал синтетич. суждения как выражающие связи фактов (напр.

, причин и следствий), зафиксированные в силу «привычки» и извлеченные из опыта, то Кант пытался ввести в рассмотрение также т.н. синтетич. суждения a priori, т.е. такие суждения, в к-рых связь составляющих их понятий усматривается априорным образом посредством интуиции. В кантовской философии математики утверждалось, что математич. истины суть синтетич.

суждения a priori. Каноны совр. логич. строгости требуют существ. уточнений учения Канта о С. и а. с., т.к. оно рассматривает лишь категорические суждения, а принципами логики в нем считаются лишь противоречия закон и достаточного основания принцип. В логической семантике понятия о С. и а. с. уточняются посредством вводимых понятий фактич. и логич. истин (см.

Логическая истинность, Фактическая истинность). А именно: суждение называют синтетическим, если оно фактически истинно, аналитическим, если оно логически истинно. Фактич. же и логич. истинность определяются посредством понятия «описание состояния» (Р. Карнап) или же для более богатых логич. языков посредством понятия «модель» (Дж. Кемени).

Идея свед?ния понятия аналитичности и синтетичности суждения к «описаниям состояния» («моделям») восходит к Лейбницу (позже она была повторена Витгенштейном). В совр. логич. семантике рассматриваются также трудности, связанные с уточнением понятий С. и а. с., – т.н. парадокс отношения обозначения и неопределенность понятия «логические принципы», т.е.

отмечается относительность выбора т.н. «чистой логики». В связи с этим предполагают, что С. и а. с. определяются в точно описанном языке. Критич. рассмотрение совр. понятий аналитичности и синтетичности суждений принадлежит У. Куайну; подробное формальное рассмотрение указанных понятий сделано Р. Мартином. Проблема различения С. и а. с.

рассматривалась также Гуссерлем, Шликом, К. Льюисом, А. Паппом, Рейхенбахом (в его работах о номологических высказываниях) и др. Лит.: Кант И., Критика чистого разума, Соч., т. 3, М., 1964; Кутюра Л., Философские принципы математики, пер. с франц., СПБ, 1912; Витгенштейн Л., Логико-философский трактат, пер. с нем., М., 1958; Lewis С. J.

, Analysis of knowledge and valuation, La Salle (Ill.), 1946; Reichenbach H., Nomological statements and admissible operations, N. Y., 1954; Martin R. М., The notion of analytic truth, Phil., [1959]; Quine W. van, From a logical point of view, Camb. (Mass.), 1953. В. Финн. Москва.

Источник: Философская Энциклопедия. В 5-х т.

Аналитические и синтетические суждения — классификация суждений по типу информационной связи субъекта и предиката. Предложена Кантом применительно к суждениям субъектно-предикатного типа.

Согласно Канту, суждение следует считать аналитическим, если выраженное в нем субъектно-предикатное отношение информационно тавтологично (если предикат этого суждения входит в число предикатов, составляющих содержание субъекта, и они могут быть дедуктивно выведены из этого содержания).

Суждение следует считать синтетическим, если его предикат сообщает о субъекте новую информацию по каким-либо внешним соображениям нелогического порядка. Напр., суждение «Всякая трехсторонняя геометрическая фигура является треугольником» будет аналитическим, поскольку признак «иметь три угла» логически (и семантически по смыслу терминов) выводится из общего понятия «трехсторонняя фигура».

Напротив, суждение «Сумма углов трехсторонней геометрической фигуры равна 180°» будет синтетическим, поскольку его истинность зависит не только от содержания понятия «трехсторонний», но и от других привходящих обстоятельств, в частности — от выбора типа геометрического пространства.

        Отправляясь от лейбницевского деления истин по модальности, Кант предложил классификацию, в которой необходимые истины («истины разума») обрели двойное представление. Во-первых, в виде аналитических суждений, во-вторых, в виде синтетических суждений a priori. Истинность аналитического суждения всегда априорна.

Она устанавливается одним только логическим или семантическим (по смыслу терминов) анализом, или, как говорит Кант, «аналитическим способом достижения отчетливости» понятий путем расчленения их содержания (так что аналитичность оказывалась, по существу, «виртуальной тождественностью»).

Истинность синтетических суждений, напротив, априорна лишь тогда, когда она определяется «конструктивным фактором» построения понятий. Поэтому синтетические суждения a priori, в отличие от аналитических, имеют «творческий характер»: без помощи опыта, посредством одного только разума они расширяют наше знание, сообщая ему статус аподиктической истины.

Таковы, в частности, по Канту, не только все истины математики, но и значительная часть истин теоретической физики и трансцендентальной эстетики. Что касается синтетических суждений a posteriori, то они вполне соответствуют лейбницевским «истинам факта» — они всегда нуждаются в эмпирической (опытной) поддержке.

        Эта кантовская классификация суждений вскоре оказалась предметом дискуссий. Сомнению подверглось жесткое размежевание понятий «аналитический» и «синтетический». Ф. Шлейермахер первый заметил, что ответ на вопрос о том, является ли некоторое суждение синтетическим или аналитическим, зависит от предшествующих ему определений.

Если определение будет номинальным, то ответ сводится к соглашению о терминах, а если реальным, то в силу неполноты знания (о субъекте) определение может оказаться неполным. Следовательно, в обоих случаях решение будет относительным, а не абсолютным. Более поздние критики в том же 19 в.

отмечали, что четкой границы между аналитическим и синтетическим провести нельзя ввиду обычной объемной неопределенности понятий. Поэтому, напр., не исключено, что суждение может выглядеть аналитическим со стороны говорящего и синтетическим со стороны слушающего.

        Появление математической логики позволило уточнить идею аналитичности на основе общего понятия о логических законах (общезначимых формул логического языка). Аналитическими стали называть высказывания, которые истинны либо в силу их логической формы, либо в силу их сводимости к такой форме путем уточнения значения терминов.

Вместе с тем с возникновением аналитической философии подверглась критике и кантовская идея синтетических априорных суждений, а тезис об относительности понятий «аналитический» и «синтетический», по существу, стал общим местом в дискуссиях прагматической ориентации.

В частности, У Куайн, отмечая определенную разумность самой классификации, указывает на ее зависимость от языка, в котором такая классификация принимается, и делает вывод, что, по сути, деление суждений на аналитические и синтетические есть «метафизический символ веры». Как бы там ни было, но на сегодняшний день любой вариант, оправдывающий необходимость указанной классификации, остается конвенциональным в рамках установок логической семантики.         М.М. Новоселов         Лит.: Кант И. Соч. Т. 3. М., 1964; Хилл Т.И. Современные теории познания. М., 1965; Смирнова Е.Д. К проблеме аналитического и синтетического // Философские вопросы современной формальной логики. М., 1967; Целищев В.В. Логическая истина и эмпиризм. Новосибирск, 1974; Фреге Г. Основоположения арифметики. Томск, 2000; Куайн У.В.О. Слово и объект. М., 2000; Поппер К.Р. Объективное знание: Эволюционный подход. М., 2002; Пап А. Семантика и необходимая истина. М., 2002; Martin R.M. The notion o f analytic truth. Phil., 1959; Quine W.V.O. From a Logical Point of View. Cambridge, 1964; Quine W.V.O. Carnap and Logical Truth // The Philosophy of R. Carnap. Chicago, 1964.

Источник: Энциклопедия эпистемологии и философии науки

Источник: https://terme.ru/termin/analiticheskie-i-sinteticheskie-suzhdenija.html

Scicenter1
Добавить комментарий