П. И. Новгородцев: Павел Иванович Новгородцев (1866-1924) — профессор Московского

Новгородцев павел иванович (1866-1924)

П. И. Новгородцев:  Павел Иванович Новгородцев (1866-1924) - профессор Московского

-юрист и философ. В 1888 окончил юрид. ф-т Моск. унта и был оставлен при кафедре истории права. В 1897 защитил магистр, дис. “Истор. школа юристов, ее происхождение и судьба”. Увлекся философией и создал при ф-те кружок, из к-рого родилась моек. школа философов права (Б. и С. Трубецкие, Б. Вышеславцев, И. Ильин). Как сторонник либерально-правового учения, Н.

выступал против любых обществ, течений, ограничивающих свободу личности. В 1902 он совместно с П. Струве опубликовал сб. “Проблемы идеализма”, ставший предшественником “Вех” (1909). В том же году Н. получил степень д-ра гос. права, защитив дис. “Кант и Гегель в их учениях о праве и гос-ве”. В 1903 Н. стал проф. по кафедре энциклопедии и истории права. Н.

был одним из основателей партии кадетов и ее депутатом в 1-й Госдуме (1905). В 1906 из-за участия в Выборгском воззвании Н. ушел из Моск. ун-та. В 1906-18 был ректором Моск. коммерч. ин-та. В 1909 вышел “Кризис совр. правосознания”, в 1917 — 1 т. исследования “Об обществ, идеале”. Тогда же Н.

стал членом ЦК кадетской партии, но отказался от места во Временном правительстве, считая его неспособным к активной полит. практике. В 1918 участвовал в сб. “Из глубины”, в к-ром солидаризировался с идеями Струве, изложенными им в “Вехах”. В том же году, Н.

из-за угрозы ареста, связанного с работой в антибольшевистских организациях, переехал на юг, откуда эвакуировался с остатками Белой армии в 1921. В 1922-24 преподавал на основанном им юрид. ф-те Праж. ун-та.

Взгляды Н. сформировались под влиянием идей естеств. права, работ Фихте, Шеллинга, социальной философии Гегеля и баденской школы неокантианства.

Основа гармонич. развития культуры, по Н., заключалась в идее синтеза самоценной автономной личности и этики Гегеля. Создание гармонии частного и коллективного приближают социальные отношения к “обществ, идеалу”. Н. анализировал эту социокультурную проблематику в истор. аспекте и с современной ему т.зр.

Неприятие любых форм деперсонализации заставило Н. в ранних работах выступить с критикой Вл. Соловьева, философия к-рого содержала антиперсоналистич. тенденцию, т.к. человек рассматривался лишь как один из субъектов метафизики всеединства. В 1899 Н.

полемизировал с Соловьевым по поводу его попыток соединить право и нравственность. По Н., эти понятия не сводимы друг к другу, хотя имеют общий исток в дискурсе естественноправовой идеи. В 1901 Н. положительно оценил защиту Соловьевым права от разл.

критиков, его призыв перейти от права силы к силе права, использовать право как регулятор личного и общественного.

В большинстве своих книг Н. прослеживал разл. аспекты генезиса и взаимодействия обществ, идеалов прошлого и современности. Задолго до Т. Куна (“Структура научных революций”, 1963) он обосновал смену научных парадигм в истории культуры.

В книгах “Полит, идеалы древнего и нового мира” и “Лекции по истории философии права” (1912), Н. рассматривал историю полит, учений, их культуру и зарождение в 14 в., в связи с разл. формами секуляризации, новой философии права (трактаты Оккама и Марсилия Падуанского). В “Кризисе совр. правосознания” Н. анализировал учения 18 и 19 вв.

, соединяя истор. перспективу и совр. социокультурную ситуацию. Практика права прошлого, по Н., показала, что оно не способно самостоятельно изменять обществ, отношения. Кризис вызван тем, что часть об-ва выводит из этой неудачи тотальное отрицание права, а другая — его реформирование.

Отрицание права шло в двояком направлении: в отвлеченном морализаторстве Л. Толстого и в формах социалистич. и анархич. учений. Толстовство, по Н., несостоятельно, т.к. не учитывает реальной ситуации. Нравств. подвиг отд. человека не может изменить все об-во, лишенное механизмов защиты от зла.

Правовое гос-во не совершенно, но это необходимая ступень на пути духовного прогресса, в т.ч. и к учению Толстого.

Критике учений марксизма и анархизма о культуре посвящены 1 и 2 (неоконч.) т. работы “Об обществ. идеале”. 3 т. должен был дать положит, теорию права.

“Идеал” является 3 частью “Введения в философию права” (2 часть “Кризис совр.

правосознания”, в 1-ю, должны были войти ранее опубликованные “Гос-во и право” и “Нравственный идеализм в философии права” в новой редакции, но это не было осуществлено).

Гармония личного и общественного возможна лишь при высшем синтезе в сфере свободы. В истор. существовании такой идеал недостижим, но к нему нужно стремиться. Осознание невозможности осуществить утопию породило не только кризис права, но и разочарование в социализме и анархизме, пытавшихся объективировать идеал (абсолютное), создав его в истор. (относит.) условиях.

Логич. завершением социализма, по Н., является марксизм. Основное его противоречие состоит в желании соединить утопию и социальный реформизм. В области утопии марксизм претендует на место религии, т.к. включает космологич. проблему зла.

Любые негативные начала используются как средства добра, следствием чего является классовая ненависть. Религиозность поддерживается верой в скорую революцию. Кризис и разложение марксизма связаны с осознанием невозможности победы в обозримом будущем. Научность, служащая для психол.

убедительности марксизма, не может смягчить разочарования.

2 т. показывает архетипичность черт марксизма, анархизма и иных форм синдикалистской культуры. Анархизм также возник как реакция на кризис права в 19 в. Он смешивает космологич. и социол. начала. Осн. противоречие анархизма — неспособность гармонично сочетать личные и обществ, интересы. Вера в скорое осуществление идеала саморазрушила анархич.

учение. Другой общей причиной противоречия была методология историзма. Еще до Поппера (“Открытое об-во и его враги”, 1945) Н. отмечал, что историзм деперсонализирует личность и, тем самым, нарушает социальную гармонию. Социалистич. учения, по Н.

, неприемлемы как носители контркультуры, стремящейся к тотальному отрицанию любых существующих форм культуры.

В кач-ве альтернативы социалистич. учениям, исповедовавшим непогрешимость общей воли, в т.ч. в области культуры, Н. противополагал идеал свободного образования отд. индивидов, взаимодействующих между собой. Т.о., центр тяжести переносится с социума, не отличающегося культурной продуктивностью, наличную свободу.

В конце жизни, в статье “Восстановление святынь”, Н. изменил т.зр. на рус. традицию культуры права. Внешним, антропоцентрич. формам права зап. цивилизации он противопоставлял рус.

философию права, истоки к-рой находил в религиозности славянофилов и Достоевского. Их интуиции основывались на Библии. Теоцентризм как высшая ценность априорно гарантировал права личности и внутр.

просвещение индивида.

Н. оказал значит, влияние на рус. культуру. В области философии он создал школу, к к-рой принадлежат такие мыслители, как И. Ильин, Б. Вышеславцев. С. Франк в этюде “Я и мы” и в “Духовных основах об-ва” вслед за Н. развивал идею отношения частного и общего. Учениками Н.

были такие историки, как В. Леонтович, к-рый в своей “Истории либерализма в России” использовал его социокультурные критерии, и Г. Катков, автор работ о Февр. революции и генерале Л. Корнилове. В области социологии культуры взгляды Н. представляют интерес как важный аспект развития гражд.

об-ва.

Соч.: Соч. М., 1995; Нравств. идеализм в философии права // Проблемы идеализма. М., 1902; Нравств. проблема в философии Канта. М., 1903; О путях и задачах рус. интеллигенции // Из глубины. М., 1991; Введение в философию права: Кризис совр. правосознания. М., 1996; Об общественном идеале. М., 1991.

Лит.: Гурвич Г.Д. Проф. П.И. Новгородцев как философ права // Совр. записки. 1924. № 20; Левицкий Д. П.И. Новгородцев // Рус. религиозно-философская мысль XX века. Питтсбург, 1975; Савельев В.А. Теория “возрожденного естественного права” в учении П.

Нов-городцева // Вопросы гос-ва и права в обществ, мысли России XVI-XIX вв. М., 1979; Исаев И.А. Политико-правовая утопия в России, конец XIX-начало XX вв. М., 1991; Замалеев А.Ф., Осипов И.Д. Рус. политология: Обзор осн. направлений. СПб., 1994.

А. В. Мартынов

© 2000- NIV

Источник: http://cult-lib.ru/doc/culture/encyclopedia-xx-vek/377.htm

Левицкий Д. П. И. Новгородцев

П. И. Новгородцев:  Павел Иванович Новгородцев (1866-1924) - профессор Московского

Разбивка страниц настоящей электронной статьи сделана по: «Русская религиозно-философская мысль XX века. Сборник статей под редакцией Н. П. Полторацкого. Питтсбург, 1975, США.

Димитрий Левицкий

П. И.

Новгородцев

Павел Иванович Новгородцев родился 16 февраля 1866 г. в гор. Бахмуте (теперь — Артемовск) Екатеринославской губ. По окончании курса Екатеринославской гимназии с золотой медалью П. И. поступил на юридический факультет Москов­ского университета, успешно закончил его курс в 1888 г.

и был оставлен при университете для подготовки к профессорскому званию. После окончания университета П. И. пробыл несколько лет в заграничной командировке, слушая лекции в Берлине и в Париже. По возвращении в Москву П. И. получил в 1894 г. звание приват-доцента, а в 1897 г.

ему была присуждена сте­пень магистра государственного права. С 1898 г. П. И. читал самостоятельный курс по кафедре энциклопедии и истории философии права. В 1903 г.

он защитил при Петербургском университете диссертацию, получив степень доктора государ­ственного права, и был назначен экстраординарным, а в сле­дующем году ординарным профессором Московского универ­ситета по кафедре энциклопедии права.

В то же время П. И. преподавал философию на Высших женских курсах и сотрудничал в ряде научных журналов. В 1906 г. П. И. был избран директором Московского коммерчес­кого института, который под его умелым руководством упрочил свою репутацию и популярность.

П. И.

принимал также деятельное участие в политическом движении, будучи сперва членом «Союза Освобождения», а затем — участвуя в основании конституционно-демократиче­ской партии (партии Народной Свободы) и состоя постоянным членом ее центрального комитета. В 1906 г. П. И. был избран от Екатеринославной губ. членом 1-ой Государственной Думы и после ее роспуска был среди подписавших Выборгское воззва­ние. Отбыв за это тюремное наказание, П. И. отошел от актив­ной политической деятельности.

298

После избрания в Думу П. И. отказался от профессуры и вплоть до 1911 г. продолжал чтение лекций в Московском уни­верситете на правах приват-доцента. Во время первой мировой войцы П. И. занимал должность Московского уполномоченного Особого Совещания по топливу.

В период Временного Правительства он никаких государственных постов не занимал, счи­тая, что это правительство лишь тень Совета Солдатских и Ра­бочих Депутатов и что судьба его обречена. Зиму 1917/18 г. П. И.

провел еще в Москве, продолжая свою преподавательскую деятельность, а затем он присоединился к противобольшевицким силам, организовавшимся на юге России. В 1920 г. П. И. выехал из Крыма за границу, проживал сперва в Берлине, где принимал участие в издававшейся там газете «Руль», а затем переехал в Прагу. Здесь П. И.

продолжал свою научную и преподавательскую деятельность и был инициатором и организатором ряда русских учреждений, из которых его люби­мым детищем был Русский Юридический Факультет.

За годы 1921-1923 П. И. опубликовал несколько статей, в которых нашел выражение пережитый им за последние годы жизни духовный перелом и в которых отразились его рели­гиозные искания.

Обращение к религии, к православию, побуждало П. И. принять деятельное участие в религиозно-философском обществе «Братство Св.

Софии», поставившем своей целью сближение церковно-мыслящих ученых и совместную выработку и формулировку жизненных задач и отношения к жизни.

В январе 1924 г. появились первые сведения о серьезной болезни П. И., состояние больного вскоре значительно ухудши­лось и 23 апреля, на 57-ом году жизни, он скончался. Похо­ронили П. И. Новгородцева на Ольшанском кладбище в Праге.

* * *

П. И.

Новгородцев, вошедший в историю русской философии как видный мыслитель, исходивший из трансцендентализма, и как один из представителей неокантианства, был выдающимся юристом, который в то же время посвящал свои силы на разработку философских проблем. Он почитается основополож­ником и главой новейшей идеалистической школы в русской философии права, выступив на научное поприще в эпоху, когда в юридической науке намечался кризис позитивизма и социо­логизма.

В своей первой диссертации «Историческая школа юристов» П. И. впервые обосновал свои философско-правовые взгляды,

299

построив свое сочинение так, что из него вытекали две идеи: идея философского идеализма и идея возрождения естествен­ного права. В последующих сочинениях П. И.

(в статьях «Пра­во естественное» и «Нравственный идеализм в философии пра­ва» и во второй диссертации «Кант и Гегель в их учении о праве и государстве») находим дальнейшую разработку его взглядов на естественное право и на роль этого права для современности.

Естественное право П. И. понимает как «совокупность иде­альных, нравственных представлений о праве», 1 причем его значение в том, что оно есть одно из проявлений связи права и нравственности, ибо «оно представляет собой реакцию нравст­венного сознания (личности) против положительных устано­влений».

2 Для создания цельной этической системы, по мнению П. И., необходимо сосуществование нормативной точки зрения Канта с социально-философской, которую выдвинул Гегель. Как отмечает Г. Д. Гурвич, «нравственный и правовой идеал, который строил проф.

Новгородцев, должен был сочетать в высшем синтезе личное и общественное начало». 3

Понимая философию права главным образом как науку об общественном идеале, П. И. посвятил исследованию этой проблемы в ее различных аспектах наиболее значительные свои сочинения. Их можно разделить на группу чисто истори­ческих работ и на группу трудов, посвященных изучению об­щественно-правовых идеалов современного человечества,

Историю политических учений П. И. излагал в своих лек­циях, только часть которых, а именно «Политические идеалы древнего и нового мира» (вып. 1 и 2), появились в печати в окончательной обработке в виде книги. Во второй группе тру­дов интерес П. И. сосредоточился на двух главных проблемах: проблеме правового государства и проблеме социализма и анархизма.

В сочинении «Кризис современного правосознания» П. И. зани­мается анализом и критикой политических учений 18 и 19 вв., видя задачу своего труда в том, чтобы «произвести анализ идей, составляющих фундамент теории правового государства, и обнаружить кризис, в них происходящий». 4 Этот анализ при­водит П. И.

к выводу, что политическая эволюция 19 в. совер­шалась в двояком направлении.

С одной стороны, падала вера в возможность совершенной и безошибочно действующей госу­дарственной организации и поэтому «следует признать, что никакие усилия политического творчества не создадут совер­шенных политических учреждений и что в последнем счете

300

все определяется нравственными и умственными силами на­рода». 5 С другой стороны, П. И.

явным образом отходил от док­трины классического либерализма с его идеей государственного невмешательства и выступил в защиту активного содействия государства экономически слабой личности.

Признавая тем самым ценность социального начала, но не давая ему перевеса над личностью как основы общества, П. И. оставался в пределах либеральной идеологии, но требуя ее преобразования в духе западноевропейского нео-либерализма.

В сочинении «Об общественном идеале» П. И. ставит своей задачей показать, что не только вера в правовое государство потерпела крушение, но подобное же крушение старых веро­ваний проявляется в отношении к социализму и анархизму. По мнению П. И.

, социализм находит свое высшее проявление в марксизме, поскольку именно в нем были выражены с небы­валой силой и глубиной давнишние идеи и надежды социализ­ма. Поэтому кризис, переживаемый марксизмом, в понимании П. И., есть вместе с тем и кризис социализма.

В воззрениях Маркса социализм совершенно вытеснил религию и сам был поднят до значения религии, так что в марксизме «социологическая проблема общественного неустройства поглощает в себе космологическую проблему мирового зла». 6

Основное значение марксизма заключается, по мнению П. И., в том, что злое начало — интерес, ненависть ставится здесь на службу доброго — идеала, любви. И последствием этой анти­религиозной «религии народа» является возмущение, нена­висть, классовая вражда, классовое сознание.

Представляя со­бой по конечному идеалу учение утопическое, марксизм хотел, вместе с тем, быть учением реалистическим, развиваясь в связи с конкретными нуждами и задачами рабочего движения. Поэто­му наметилось основное противоречие двух проявлений марк­сизма: революционного и реформистского.

Однако не имеет никакого смысла называть социалистическими те обществен­ные теории, которые исходят из идеалистических и религиоз­ных оснований и сближаются с социализмом только на поверх­ности, ибо: «Тот кто берет от социализма одну лишь идею социальных реформ, но откидывает его рационалистический утопизм, уже не может себя называть социалистом». 7 Когда либерализм отходит от чисто формального понимания свобо­ды, а социализм примиряется с современным государством, основанным на признании индивидуального начала, оба эти движения сближаются на пути к достижению очередных жиз­ненных задач. Но это есть путь социального реформизма, и он

301

означает отречение от марксизма как доктрины, сущность ко­торой состоит именно в вере в окончательный, всецелый со­циальный переворот.

Показав несостоятельность содержащейся в марксизме утопии земного рал, П. И. дает свое философское обоснование для построения формулы общественного идеала. Он говорит, что современные искания раскрывают не гармонию личного и общественного начал, а их антиномию.

Надо отказаться от иллюзии, что эту антиномию возможно преодолеть в каком- либо конкретном общественном устройстве и понять, что «идеал находит свое выражение только в бесконечном развитии». 8 Вместить абсолютное совершенство в относительные формы было бы, по словам П. И.

, чудом, непонятным для обычного сознания, и в центре построения общественной философии «должна быть поставлена не будущая гармония истории, не идея земного рая, а вечный идеал добра».

9 Он обязателен для каждого исторического периода, для каждого поколения и для каждого лица в конце истории и в ее начале.

Что касается содержания общественного идеала, то оно дол­жно быть установлено «в связи с основной нравственной нормой, каковою является понятие личности в ее безусловном значении и бесконечном призвании». 10 По мысли П. И., в понятии личности одинаково берут свое начало как ее притязания на равенство и свободу, так и ее обязанность солидарности и един­ства с другими.

В идее из этого единства не может быть ис­ключено ни одно лицо, и поэтому мы приходим к определению общественного идеала «как принципа всеобщего объединения на началах равенства и свободы». 11 Называя этот идеал «прин­ципом свободного универсализма» 12, П. И.

отмечает, что его осу­ществление относится к бесконечности при наличии антиномии между требованиями личности и общества.

Таким образом, П. И. в своих сочинениях выступает как борец против абсолютизации общественных идеалов и стре­мится показать их относительность. «Я признал, — говорит он, — неизбежную замену идеи конечного совершенства началом бесконечного совершенствования». 13

Основные мысли, легшие в основу исследования «Об об­щественном идеале», сложились у П. И. еще до Октябрьского переворота. Уже после него П. И.

написал для сборника «Из глубины» статью «О путях и задачах русской интеллигенции».

В ней он присоединяется к тезису Струве, видевшего в «безрелигиозном отщепенстве от государства» основное свойство ин- теллигентского сознания, и говорит, что это сознание есть «ра-

302

ционалистическии утопизм, стремление устроить жизнь по ра­зуму, оторвав ее от объективных начал истории, от органичес­ких основ общественного порядка, от животворящих святынь народного бытия».

14 Когда насильственно разрывается связь общественного порядка с высшими объективными основами ис­тории, самые искренние и благожелательные стремления утопи­ческой мысли вместо блага приносят зло. Воцаряется расстрой­ство и разрушение, ибо, по словам П. И.

, «жизнь возвращает утопическое сознание на историческую почву». 15

В первом томе сочинения «Об общественном идеале» П. И. обратил главное внимание на критику доктрины марксизма, лишь попутно упоминая об идеях анархизма. Рассмотрению этих идей он предполагал посвятить второй том своего труда. По-видимому, первоначальный план этого исследования боль­ше не удовлетворял П. И.

в связи с тем, что в последние годы жизни в его мировоззрении постепенно стал намечаться пово­рот в сторону религии. Обращение к религии и к русской рели­гиозной философии не поколебало его главной мысли о «кру­шении идеи земного рая», и, наоборот, в трудах славянофилов и у Достоевского он нашел подтверждение своей мысли. Но прежние понятия П. И.

о праве и государстве требовали теперь переосмысления в свете нового его представления о роли церкви и религиозного общения. Однако сформулировать свои мысли и заключительные выводы он уже не успел. Тем не менее, его поздние воззрения частью нашли выражение в нескольких статьях, которые он написал в начале 20-ых годов.

Среди них особое значение имеет статья на немецком языке «Об особен­ностях русской философии права». 16 В ней П. И.

формулирует свои мысли об особенностях русской философии права, кото­рые отличают ее от западноевропейских философских концеп­ций, отмечая, что в трудах Достоевского мы находим как наи­более четкое выражение русского мировоззрения, так и наибо­лее глубокие основания русской философии права. Eе особен­ности П. И. вкратце сводит к 7-ми основным началам.

Подводя им итог, он приходит к выводу, что, по существу, эти особые начала представляют собой не что иное, как признание и ут­верждение основ христианской религии. С другой стороны, по мнению П. И., эти положения означают решительное отрицание всех основ классической западноевропейской философии права, как она была создана в 18 и 19 вв. и сформулирована в трудах Руссо, Монтескье, Канта и Гегеля. Ибо этот гуманистический, рационалистический и утопический идеал, собственно говоря, есть отрицание христианской веры. Уже славянофилы, про-

303

никнутые ощущением правды русской идеи, выступили против односторонности западного идеала. В понимании П. И., жиз­ненное зерно русского мировоззрения и русской веры в том, что оно усматривает высшую цель культуры не в устроении внешних форм жизни, а в ее духовном, внутреннем существе.

Не конституции, а религии составляют высшее достижение духовного творчества и высшую цель жизни. Не государство, а церковь воплощает глубочайшую и совершеннейшую цель истории и культуры. Но это не означает, как говорит П. И., что русская идея полностью отрицает западное понимание права и государства.

Эта идея не только признает право и государство, но и оправдывает и обосновывает их, как и вообще внешние формы культуры, придавая им, однако, второстепенное зна­чение.

Эти новые мысли П. И. дали основание по-разному опреде­лять суть эволюции, происшедшей в его взглядах. Указывалось, что П. И., прежде принадлежавший к западническому руслу русской общественной мысли, на почве религиозных исканий стал сближаться со славянофильством (Г. Д. Гурвич).

Отме­чалось также, что со страниц прежних произведений П. И. гля­дит облик безрелигиозного мыслителя. Общественный идеал, о котором говорят его книги, — идеал не религиозный, а чисто этический. Теперь из носителя светской науки П. И. превратился в православного благочестивого мыслителя (Ив. Д. Гримм).

Наконец, один из видных бывших учеников П. И. — И. А. Ильин, в своем некрологе писал о нем: «Павел Иванович не за последние годы ’стал’ религиозным человеком, но всегда им был.

И раскрывшаяся ему, за годы смуты и страданий, мудрая глубина русского Православия придала не первую, но новую и, верю, окончательную форму его религиозности. Из этой глубины он не успел сказать своего верного окончательного слова». 17

*  *  *

Значение научной деятельности П. И. Новгородцева велико. С одной стороны, оставленные им сочинения представляют собой богатый и ценный вклад в русскую научную литературу по вопросам философии и права. Труды П. И.

отличаются глубиной критического анализа, широтой охвата разрабатываемых им тем и блестящей литературной формой изложения, просто­той и изяществом языка при рассмотрении даже очень сложных и отвлеченных предметов.

С другой стороны, с самого начала своей академической деятельности П. И. сумел объединить во-

304

круг себя молодое поколение ученых, содействуя появлению це­лой плеяды одаренных русских юристов и философов.

Заметный след оставил он по себе и в области общественно- политической, будучи одним из видных представителей и идео­логов русского либерализма, в социально-политической про­грамме которого в значительной степени отразились его твор­ческие воззрения.

Но было бы ошибочно не видеть также актуальности его философской и общественно-политической борьбы против сле­пой веры в возможность установления «земного рая», попытки построения которого продолжаются в современной России.

По мере того как там будет изживаться «ересь утопизма» и в соз­нании духовно освобождающихся от оков обязательной док­трины будет вставать вопрос о новых формах устроения стра­ны, — труды П. И.

Новгородцева будут среди тех исследований свободных русских ученых, в которых ищущие новых путей смогут найти и ответы на ряд волнующих вопросов, и необходи­мые сведения о том, как развивались понятия права и государ­ства до появления марксизма и вне пределов его насильно установленного господства.

ПРИМЕЧАНИЯ

1) П. И. Новгородцев. Историческая школа юристов, ее происхождение и судьба. Москва, 1896, стр. 3.

2) Там же, стр. 9.

3) Г. Д. Гурвич. Проф. П. И. Новгородцев, как философ права. — «Со­временные записки», Париж, 1924, вып. XX, стр. 390.

4) П. И. Новгородцев. Кризис современного правосознания. Москва, 1909, стр. 245.

5) Там же, стр. 204-205.

6) П. И. Новгородцев. Об общественном идеале. 3-ье изд., Берлин, 1922, стр. 158.

7) Там же, стр. 312.

8) Там же, стр. 27.

9) Там же, стр. 37.

10) Там же, стр. 65.

11) Там же, стр. 72.

12) Там же.

13) Там же, предисловие к 1-ому изд., стр. IX. Перу П. И. Новгород­цева принадлежат также следующие сочинения, вышедшие отдельными изданиями: «История философии права», Москва, 1900 и «Лекции по ис­тории философии права. Учения нового времени, XVI-XVIII вв. и XIX в.», Москва, 1912.

14) П. И. Новгородцев. О путях и задачах русской интеллигенции. В сб. «Из глубины», 2-ое изд., Париж, 1967, стр. 255.

15) Там же, стр. 267.

16) Dr. Paul Nowgorodzeff. Über die eigentümlichen Elemente der rus­sischen Rechtsphilosophie. — «Philosophie und Recht», 1922, Heft 2.

17) И. А. Ильин. Памяти П. И. Новгородцева. — «Русская мысль», Прага, 1923-1924, кн. 9-12, стр. 372.

305

Источник: http://www.odinblago.ru/levitsky_novogorodcev

Павел Новгородцев (1866—1924)

П. И. Новгородцев:  Павел Иванович Новгородцев (1866-1924) - профессор Московского

Особую роль в развитии на российской почве философии права, социальной философии в более широком смысле, а также философского учения о личности сыграл замечательный философ, ученый, педагог Павел Иванович Новгородцев. Он родился в 1866 г. на Украине, учился в Екатеринославской гимназии. В 1884 г.

Новгородцев поступил на физико-математический факультет Московского университета, но очень скоро перевелся на юридический, который окончил в 1887 г. На этом факультете он затем стал преподавать историю философии права. Девять лет, с 1890 по 1899 г.

, Новгородцев подолгу жил за границей, вел исследовательскую работу, готовил к защите магистерскую и докторскую диссертации; магистерская диссертация была посвящена исторической школе права, а докторская — исследованию философского учения Канта и Гегеля о праве и государстве. В 1896 г. Новгородцев стал приват-доцентом, в 1903 г. — экстраординарным, а в 1904 г.

— ординарным профессором по кафедрам энциклопедии права и истории философии права. В годы первой русской революции Новгородцев уволился с юридического факультета университета; в 1907 — 1911 гг. он снова продолжил там чтение лекций в качестве приватдоцента.

Основная же его педагогическая деятельность протекала в Московском коммерческом институте, где он преподавал вплоть до Октябрьской революции. Революция больно ударила по российской науке. При этом социальная философия и философия права оказались под особым подозрением властей. П.И.

Новгородцеву, которого преследовали прежде всего по политическим причинам (за принадлежность к партии кадетов и сочувствие белому движению), пришлось скитаться, скрываясь от ареста. В конце концов он принял решение переселиться в Прагу, где в 1920 г. основал Русский юридический факультет, став его первым деканом. Умер Павел Иванович Новгородцев в 1924 г.

Основные сочинения П. Новгородцева: «История философии права» (1897); «Нравственные проблемы в философии Канта» (1903); «О задачах современной философии права» (1902); «Кризис современного правосознания» (1909); «Политические идеалы древнего и нового мира» (1913-1914. Вып. 1-11); «Об общественном идеале» (1917. Вып. 1).

Основатель Московской философской школы права, Новгородцев активно участвовал в политической деятельности. Он был членом партии кадетов, занимался обоснованием ее политической и юридической программы, хотя и не был согласен с политическими действиями ряда видных кадетских и вообще либеральных лидеров.

В эмиграции Новгородцев также занимался политической деятельностью. Он глубоко и основательно познакомился с доктриной марксизма, марксистской политической практикой и подверг их сокрушительной и страстной критике.

работа Новгородцева — книга «Об общественном идеале», в которой он как раз и свел счеты с марксизмом как политическим и социальным течением. Он высказал свои предостережения той части русской интеллигенции, которая была увлечена марксизмом.

Ученый адресовал сходные предостережения и русскому народу, в котором, как он прозорливо предвидел, найдут отклик марксистские идеи, подвигнув его на совершение революций. Новгородцев предсказал, сколь плачевно закончится «союз русской души, русского характера» с марксистской философией.

Основные области деятельности Новгородцева как философа — исследование государства и права, проблемы демократии, различных форм государственного устройства, правового государства, вопрос об общественном и личном, об общественном идеале и его трансформации от античности до нашего времени.

В целом философия права Новгородцева — довольно широкая социально-философская концепция, в центре которой личность, ее идеалы и ценности. Работы Новгородцева, поражающие эрудицией, основательным анализом, захватывают своими страстными размышлениями. Написанные ярким, ясным языком, они доступны не только специалистам.

Новгородцев избегал всякой философской зауми, апеллировал к широкому читателю.

Новгородцев был одним из создателей русской школы философии права, в которую входили такие выдающиеся мыслители, как И. Ильин, Б. Вышеславцев, Н. Алексеев, и впоследствии, за границей, Г. Флоровский.

Эта школа оказывала большое влияние на университетскую науку, и если бы она получила возможности для своего дальнейшего беспрепятственного развития, то, вероятно, приобрела бы больший международный резонанс.

Однако Октябрьская революция помешала нормальному развитию социальной философии, философии права в русле оригинальной и самостоятельной философии России.

П.И. Новгородцев был незаурядной личностью. Во время преподавания в университете он много занимался со студентами, щедро отдавал свое время философским спорам.

Вокруг его работ всегда возникала полемика, которую сам он умел превратить в продуктивную Дискуссию.

Он обладал исключительным чутьем к актуальным темам, интуитивно улавливая, где завязывались главные узлы проблем социальной философии.

Перейдем к рассмотрению некоторых основных идей философского учения Новгородцева.

Источник: http://filosof.historic.ru/books/item/f00/s00/z0000007/st094.shtml

Павел иванович новгородцев (1866 – 1924)

П. И. Новгородцев:  Павел Иванович Новгородцев (1866-1924) - профессор Московского

Павел Иванович Новгородцев — русский юрист-правовед, философ, общественный и политический деятель, историк (автор книг по истории философии права). Павел Иванович родился 16 февраля 1866 г. в городе Бахмут (теперь — Артёмовск) Екатеринославской губернии.

Окончив с золотой медалью Екатеринославскую гимназию поступил на юридический факультет Московского университета. Успешно закончив его курс в 1888 году остался при университете для подготовки к получению профессорского звания. В конце 1880-х годов сближается с социал-либеральным кружком В. Вернадского, С. Ольденбурга и др.

(“Приютинское братство”) и принимает участие в ряде его общественных инициатив.

С 1890 по 1899 годы с перерывами работал над диссертацией в заграничных командировках, посещал лекции в университетах Парижа и Берлина. В 1894 году избран приват-доцентом университета, а спустя три года защитил магистерскую диссертацию “Историческая школа юристов, ее происхождение и судьба”.

После защиты диссертации читал в университете курс истории и философии права.

В 1903 году защитил диссертацию при Петербургском университете, и получив степень доктора государственного права, был назначен экстраординарным, а в следующем году ординарным профессором Московского университета на кафедре энциклопедии права.

В то же время Новгородцев преподаёт философию на Высших женских курсах и сотрудничает с рядом научных журналов. В 1906 году Павел Иванович избирается директором Московского коммерческого института, который под его руководством обрёл признание и набрал популярность.

П.И. Новгородцев также принимал активное участие в политическом движении, будучи членом «Союза Освобождения», а впоследствии — участвуя в основании конституционно-демократической партии и являясь постоянным членом её центрального комитета. В 1906 г.

Новгородцев был избран членом 1-ой Государственной Думы от Екатеринославской губернии и после её роспуска был среди подписавших Выборгское воззвание.

Отбыв за подписание «Воззвания» трёхмесячное тюремное наказание, отказался от активной политической деятельности.

После избрания в Думу Новгородцев отказывается от профессуры и вплоть до 1911 года продолжает чтение лекций в Московском университете на правах приват-доцента. Во времена Первой мировой войны Павел Иванович назначается на должность Московского уполномоченного Особого Совещания по топливу.

В период Временного Правительства он не занимает никаких государственных постов, полагая, что правительство обречено на провал, а власть перейдёт к Советам Солдатских и Рабочих Депутатов. Зиму 1917-18 гг.

учёный проводит в Москве, продолжая свою преподавательскую деятельность, однако затем присоединяется к антибольшевистским силам, организованным на юге России. После разгрома войск генерала Врангеля в Крыму Новгородцев эмигрирует за границу, сначала в Берлин, где принимает участие в издававшейся там газете «Руль», а затем в Прагу.

Здесь он продолжает свою научную и преподавательскую деятельность, а также выступает инициатором ряда учреждений, среди которых основанный и возглавленный им в 1922 году Русский юридический факультет при Пражском университете.

Отклонив ряд предложений о политико-публицистической деятельности (в том числе в журнале П. Струве “Русская мысль”), Новгородцев сосредоточился на преподавательской работе. В 1921-22 годах читал лекции в Аахенской технической школе.

На частной встрече кадетов в Праге весной 1923 года заявил о необходимости разрыва со старыми кадетскими традициями, об обреченности идей либерализма. В январе 1924 г. появились первые сведения о серьезной болезни Павла Ивановича.

Состояние учёного вскоре значительно ухудшилось и 23 апреля, на 57-ом году жизни, он скончался. Похоронили П.И. Новгородцева на Ольшанском кладбище в Праге.

Основные труды

1.             Историческая школа юристов, ее происхождение и судьба. М., 1896.

2.             Кант и Гегель в их учениях о праве и государстве. М., 1901.

3.             Нравственный идеализм в философии права // Проблемы идеализма. М., 1902.

4.             Государство и право // Вопросы философии и психологии. М., 1904. Кн. 74-75.

5.             Введение в философию права. Кризис современного правосознания. М., 1909.

6.             Лекции по истории философии права. Учения нового времени XVI-XVIII и XIX в. М., 1912.

7.             Об общественном идеале // Вопросы философии и психологии. — М., 1911-1913. кн. 109.

8.             О путях и задачах русской интеллигенции. В сб. «Из глубины», 2-ое изд., Париж, 1967.

Основные взгляды

П. И. Новгородцев был выдающимся юристом, который в то же время уделял внимание разработке философских проблем. Он считается одним из основоположников и главой новейшей идеалистической школы в русской философии права.

В своей первой диссертации «Историческая школа юристов» Новгородцев впервые декларирует свои философско-правовые взгляды, построив сочинение так, что из него выделяются две основные идеи: идея философского идеализма и идея возрождения естественного права.

Его последующие сочинения (статьи «Право естественное» и «Нравственный идеализм в философии права», вторая диссертация «Кант и Гегель в их учении о праве и государстве») содержат дальнейшую разработку взглядов учёного на естественное право и на роль этого права для современной науки.

Естественное право Новгородцев понимает, как «совокупность идеальных, нравственных представлений о праве», причем его значение в том, что оно есть одно из проявлений связи права и нравственности, поскольку «оно представляет собой реакцию нравственного сознания (личности) против положительных установлений».

Для создания цельной этической системы, по мнению Новгородцева, необходимо сосуществование нормативной точки зрения Канта с социально-философской, которую выдвинул Гегель. Как отмечает Г.Д.

Гурвич, «нравственный и правовой идеал, который строил профессор Новгородцев, должен был сочетать в высшем синтезе личное и общественное начало».

Историю политических учений Павел Иванович излагал в своих лекциях, только часть которых, а именно «Политические идеалы древнего и нового мира», появилась в печати в окончательной обработке в виде книги. В них Новгородцев уделил внимание проблеме правового государства и проблеме социализма и анархизма.

В сочинении «Кризис современного правосознания» Павел Иванович занимается анализом и критикой политических учений XVIII и XIX веков, ставя задачу «произвести анализ идей, составляющих фундамент теории правового государства, и обнаружить кризис, в них происходящий».

Данная работа приводит его к выводу, что политическая эволюция XIX веке совершалась в двойственном направлении.

С одной стороны, падала вера в возможность создания совершенной и безошибочно функционирующей государственной организации и исходя из этого «следует признать, что никакие усилия политического творчества не создадут совершенных политических учреждений и что в последнем счете все определяется нравственными и умственными силами народа». С другой стороны, Новгородцев явным образом отходит от классических идей либерализма, в частности от идеи государственного невмешательства, и выступает в защиту активного содействия государства экономически слабой личности. Из этого следует, что Новгородцев признавал ценность социального начала, но не давал ему перевеса над личностью, как основы общества. Учёный оставался в пределах либеральной идеологии, но требовал ее преобразования в духе западноевропейского неолиберализма.

В монографии «Об общественном идеале» Павел Иванович ставит своей задачу показать, что не только вера в правовое государство потерпела крушение, но подобное же крушение старых верований проявляется в отношении к социализму и анархизму.

Указывая на несостоятельность содержащейся в марксизме «утопии земного рая», Новгородцев дает свое философское обоснование построения формулы общественного идеала. Он говорит, что современные искания раскрывают не гармонию личного и общественного начал, а их антиномию.

Надо отказаться от иллюзии, что эту антиномию возможно преодолеть в каком-либо конкретном общественном устройстве и понять, что «идеал находит свое выражение только в бесконечном развитии».

Вместить абсолютное совершенство в относительные формы было бы, по словам Новгородцева, чудом, непонятным для обычного сознания, и в центре построения общественной философии «должна быть поставлена не будущая гармония истории, не идея земного рая, а вечный идеал добра». Он обязателен для каждого исторического периода, для каждого поколения и для каждого лица в конце истории и в ее начале.

Что касается содержания общественного идеала, то оно должно быть установлено «в связи с основной нравственной нормой, каковою является понятие личности в ее безусловном значении и бесконечном призвании».

Согласно Новгородцеву в понятии личности одинаково берут свое начало как ее притязания на равенство и свободу, так и ее обязанность солидарности и единства с другими. Поскольку из этого единства не может быть исключено ни одно лицо, мы приходим к определению общественного идеала «как принципа всеобщего объединения на началах равенства и свободы».

Называя этот идеал «принципом свободного универсализма», Павел Иванович отмечает, что его осуществление невозможно при наличии антиномии между требованиями личности и общества.

Таким образом, Новгородцев в своих сочинениях выступает как борец против абсолютизации общественных идеалов и стремится показать их относительность. «Я признал, — говорит он, — неизбежную замену идеи конечного совершенства началом бесконечного совершенствования. Основные мысли, легшие в основу исследования «Об общественном идеале», сложились у учёного еще до Октябрьского переворота.

Уже после него учёный написал для сборника «Из глубины» статью «О путях и задачах русской интеллигенции». В ней он присоединяется к тезису П.

Струве, видевшего в «безрелигиозном отщепенстве от государства» основное свойство интеллигентского сознания, и говорит, что это сознание есть «рационалистический утопизм, стремление устроить жизнь по разуму, оторвав ее от объективных начал истории, от органических основ общественного порядка, от животворящих святынь народного бытия».

Когда насильственно разрывается связь общественного порядка с высшими объективными основами истории, самые искренние и благожелательные стремления утопической мысли вместо блага приносят зло. Воцаряется расстройство и разрушение, ибо, по словам учёного, «жизнь возвращает утопическое сознание на историческую почву».

В первом томе сочинения «Об общественном идеале» Новгородцев обратил главное внимание на критику доктрины марксизма, лишь попутно упоминая об идеях анархизма. Рассмотрению этих идей он предполагал посвятить второй том своего труда.

По-видимому, первоначальный план этого исследования больше не удовлетворял учёного в связи с тем, что в последние годы жизни в его мировоззрении постепенно стал намечаться поворот в сторону религии.

Обращение к религии и к русской религиозной философии не поколебало его главной мысли о «крушении идеи земного рая», и, наоборот, в трудах славянофилов и у Достоевского он нашел подтверждение своей мысли. Но прежние понятия о праве и государстве требовали теперь переосмысления в свете нового представления о роли церкви и религиозного общения.

Однако сформулировать свои мысли и заключительные выводы Павел Иванович уже не успел. Тем не менее, его поздние воззрения частью нашли выражение в нескольких статьях, которые он написал в начале 20-ых годов. Среди них особое значение имеет статья на немецком языке «Об особенностях русской философии права».

В ней Новгородцев формулирует свои мысли об особенностях русской философии права, которые отличают ее от западноевропейских философских концепций, отмечая, что в трудах Достоевского мы находим как наиболее четкое выражение русского мировоззрения, так и наиболее глубокие основания русской философии права. 

Источник: https://pravo.hse.ru/constlaw/constitutionalists/novgorodcev

Новгородцев Павел Иванович

П. И. Новгородцев:  Павел Иванович Новгородцев (1866-1924) - профессор Московского
 > Персонали писатель. Род. в 1866 г.; учился в московском университете по юридич. факул. В 1894 г. получил звание приват-доцента моск. унив.; с 1898 г. читал самостоятельный курс по кафедре энциклопедии и истории философии права. В 1897 г. защитил диссертацию на степень магистра государств. права: «Историческая школа юристов. Ее происхождение и судьба» (М.

, 1896); в 1902 г. получил степень доктора за исследование: «Кант и Гегель в их учении о праве и государстве. Два типических построения в области философии права» (М., 1901). Состоит профессором моск. университета; читает историю философии на моск. высших женских курсах.

Занимался преимущественно проблемой естественного права, как морально-критической инстанции над положительными законодательствами. Обоснованию возрождающейся ныне естественно-правовой доктрины служат у Н. новейшие выводы из нравственной философии Канта. Главный интерес при исследовании этой идеи, по убеждению Н.

, должен быть перенесен с проблемы об условиях правообразования, поглощавшей почти все внимание Савиньи, Пухты и их преемников, на вопрос о самостоятельном значении нравственной оценки явлений.

У Канта получает незаменимую опору то стремление современного идеализма, которое хочет утвердить самостоятельное значение нравственного начала и рассматривать его независимо от исторических и социологических предпосылок.

Разграничение теоретического и практического разума, проведенное Кантом, дает возможность установить строгий параллелизм нравственных и теоретических суждений: нравственная оценка, руководимая самобытной и категорической идеей должного, идет все время самостоятельно и параллельно с научным объяснением.

Сознание причинной необходимости известных действий и событий не устраняет нашего нравственного суда над ними. Благодаря этому разграничению, Кант выяснил нормативный характер естественного права и поставил его идею вне зависимости от тех или других взглядов на происхождение права.

Когда историческая школа юристов критиковала естественно-правовую доктрину, она нападала прежде всего на гипотезы о происхождении права из случая и произвола и на утопии общепригодного совершенного законодательства. Н. ограждает Канта от подобных упреков. В критической философии нет, по истолкованию Н.

, ни огульного отрицания положительных норм, ни мысли о возможности мгновенной замены их идеальными законами. Главными недостатками Кантовской философии права Н. считает неясность связи нравственного закона с миром действительности и априоризм, затрудняющий понимание общественной стороны морали.

Право получает у Канта чисто внешний, принудительный характер, а политика соединяет в своих отвлеченных построениях революционные индивидуалистические начала с выводами государственного абсолютизма. Для построения цельной этической системы необходимо сосуществование нормативной точки зрения Канта с социально-философской, выдвинутой Гегелем. В 1903 г. моск.

психологическим обществом издан был под редакцией Н. сборник статей: «Проблемы идеализма», посвященный защите прогрессивных морально-политических начал на почве критической философии.

В противовес обычным догматическим предпосылкам позитивизма, участники сборника выдвинули вопрос о необходимости тщательной проверки научных средств и категорий и строжайшей критической осторожности в пользовании выводами «социологии». Центральное значение в сборнике принадлежит статье Н.: «Нравственный идеализм в философии права». Отличительной чертой научных работ Н.

является независимость точки зрения, тонкий и остроумный полемический анализ и блестящая литературная форма. Из многочисленных статей Н. особенного внимания заслуживают: «Право и нравственность» (сборник Гамбарова), «Политическая доктрина пессимизма» («Образование», 1897, №№ 1 — 2), в журнале «Вопросы психологии и философии» — «Идея права в философии Вл. Соловьева» ( № 56), «Мораль и познание», «К вопросу о современных философских исканиях», «Государство и право» (№№ 74 и 75). В журнале «Научное Слово» Н. принадлежат статьи: «Б. Н. Чичерин» (1904, № 3) и «Два правовых идеала» (1904, № 10). В еженедельнике «Полярная звезда» Н. поместил несколько интересных публицистических заметок на очередные темы. Боевая политическая деятельность мало отвечает духовному складу Н. Упрочив за собой на академическом поприще репутацию выдающегося оратора, Н. стоит пока в стороне от агитационной работы. Тем не менее в московск. комитете конституционно-демократической партии ему принадлежит влиятельная роль.

В. Сперанский.

Источник: Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона. — С.-Пб.: Брокгауз-Ефрон. 1890—1907.

(28.2.1866, Бахмут, Екатеринославской губ. — 23.4.1924, Прага) — философ права, общественный деятель. Родился в купеческой семье. В 1884 окончил екатеринославскую гимназию и поступил на естественное отделение физико-математического факультета Московского университета, с которого в том же году перешел на юридический факультет. По окончании университета в 1888 Новгородцев был оставлен на кафедре истории философии права для подготовки к профессорскому званию. В конце 1880-х Новгородцев сблизился с социал-либеральным кружком В.Вернадского, С.Ольденбурга и др. (“Приютинское братство”) и принял участие в ряде его общественных инициатив, в том числе во время голода 1891-92. С 1890 по 1899 с перерывами работал над диссертацией в заграничных командировках. В 1896 избран приват-доцентом университета, в 1897 защитил магистерскую диссертацию “Историческая школа юристов, ее происхождение и судьба”. С 1898 читал в университете курс истории философии права. В 1902 защитил докторскую диссертацию “Кант и Гегель в их учениях о праве и государстве” и в 1903 стал профессором университета по кафедре энциклопедии права и истории философии права. В 1901-2, вместе с представителями “критического направления” в русском марксизме (П.Струве, С.Булгаковым, С.Франком и др.) стал одним из составителей и редактором сборника “Проблемы идеализма” (1902), положившего начало синтетическому либерально-социалистическому “идеалистическому направлению” в русском освободительном движении. С 1904 член Совета Союза освобождения. В конце 1905 Новгородцев вступил в кадетскую партию, в марте 1905 был кооптирован в состав ее ЦК. Избранный в 1-ю Государственную думу от Екатеринославской губернии, летом 1906 принял участие в составлении и принятии оппозиционными депутатами думы Выборгского воззвания о гражданском неповиновении в связи с досрочным ее роспуском, за что подвергся тюремному заключению. Лишенный избирательных прав, Новгородцев отказался и от профессуры Московского университета, продолжая читать там лекции в качестве приват-доцента (1907-11).С 1906 возглавил Московский коммерческий институт, ставший центром притяжения либеральной профессуры. Одновременно преподавал на Высших женских курсах. Труды и лекции Новгородцева сделали его признанным главой идеалистической школы в русской философии права. Критикуя историзм и релятивизм в философии права, он обосновывал идеи естественного права, опирающегося на этику “абсолютных ценностей”. Соединяя идеи этической автономии личности и правового государства, Новгородцев стремился согласовать личное и общественное начала права, политическую свободу и социальную справедливость. Однако, признавая абсолютные идеалы, Новгородцев последовательно выступал против разнообразных консервативных, социалистических и анархических “утопий земного рая”. В 1911 в знак протеста против нарушения университетской автономии вышел в отставку из университета. В годы 1-й мировой войны — активный сотрудник Всероссийского союза городов, московский уполномоченный Особого совещания по топливу. После Февральской революции 1917 вновь избран профессором Московского университета, стал членом-учредителем “Лиги русской культуры”, ее Временного комитета в Москве. Избранный снова в состав ЦК кадетской партии, Новгородцев занял определенно антиреволюционную позицию, полагая необходимым установление военной диктатуры для предотвращения государственной катастрофы. В 1918 один из инициаторов создания и руководителей ряда антисоветских подпольных организаций в Москве; в мае, избежав ареста, перешел на нелегальное положение. Участник сборника “Из глубины” (1918). Летом-осенью 1918 перебрался в расположение белых армий на Юге России. Из-за боязни навредить своей семье, оставшейся в Советской России, отказывался от занятия официальных постов (ему предлагали заведовать управлением народного просвещения в администрации генерала Деникина) и публичных выступлений, хотя негласно участвовал в разработке законопроектов Особого совещания при Деникине. В 1919 участник конференции кадетской партии в Екатеринодаре и Харькове. Выехав по болезни за границу, вскоре вернулся в занятый войсками генерала Врангеля Крым, короткое время преподавал в Симферопольском университете.

После эвакуации из Севастополя (сент. 1920) жил некоторое время в Берлине, сотрудничал в газете “Руль”, участвовал в работе местной кадетской группы. С конца 1920в Праге, отклонив ряд предложений о политико-публицистической деятельности (в том числе в журнале П.Струве “Русская мысль”), сосредоточился на преподавательской работе.

В 1921-22 читал лекции в Аахенской технической школе. Весной 1922 основал и возглавил Русский юридический факультет при Пражском университете, стал инициатором создания при нем студенческого Религиозно-философского общества им. Вл.Соловьева. На частной встрече кадетов в Праге 13.4.

1923 заявил о необходимости разрыва со старыми кадетскими традициями, об обреченности идей либерализма. По его мнению, в ходе возрождения России идеи правового государства и свободы личности должны быть на время забыты.

В конце жизни в серии статей и публичных выступлений Новгородцев сосредоточил свое внимание на религиозном обосновании общественной свободы и права, стремясь синтезировать западническую идею правового устроения жизни с православно-почвенническим проектом внутреннего преобразования личности.

Источник: Русское зарубежье. Золотая книга эмиграции. Первая треть ХХ века. Энциклопедический биографический словарь. М.: Российская политическая энциклопедия, 1997. – С.462-463.

Источник: https://runivers.ru/personals/author64384/

Scicenter1
Добавить комментарий