Явления и события: Требование фальсифицируемости, которое вначале было несколько

Логика и рост научного знания

Явления и события:  Требование фальсифицируемости, которое вначале было несколько

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 44 страниц)

диться в определенном логическом отношении к воз-

пирических высказываний. С другой стороны, принятые

можным базисным высказываниям. Таким образом, это

базисные высказывания образуют основу для подкреп-

требование относится только к логической форме такой

ления гипотез. Если принятое базисное высказывание

гипотезы. Оговорка по поводу того, что гипотеза долж-

противоречит некоторой теории, то мы считаем, что

на быть подкреплена, указывает на проверки, которые

это дает нам достаточные основания для фальсифика-

она должна пройти и в ходе которых она сопоставляет-

ции теории только в том случае, если оно в то же

ся с принятыми базисными высказываниями*

время подкрепляет фальсифицирующую гипотезу.

8 .

23. Явления и события

7 Фальсифицирующая гипотеза может быть очень низкого уров-

ня универсальности (она может быть получена в результате обоб-

щения индивидуальных характеристик результатов некоторого на-

Требование фальсифицируемости, которое вначале

блюдения; в качестве примера можно указать на «факт», приводимый

было несколько неопределенным, теперь разбивается

Махом, о котором упоминалось в разд. 18). Хотя фальсифицирую-

на две части. Первую – методологический постулат

щая гипотеза должна быть интерсубъективно проверяемой, она в

(см. разд. 20)—едва ли можно сделать совершенно

действительности не обязана быть строго универсальным высказы-

точной. Вторая – логический критерий – оказывается

ванием. Так, для фальсификации высказывания «Все вороны чер-

ные» достаточно интерсубъективно проверяемого высказывания

вполне определенной, как только нам становится ясным, о том, что в нью-йоркском зоопарке живет семья белых воронов.

какие высказывания называются «базисными» (см.

*Все сказанное доказывает необходимость замены фальсифициро-

разд. 28). До сих пор этот логический критерий был

ванных гипотез лучшими гипотезами. В большинстве случаев до

фальсификации некоторой гипотезы мы имеем в запасе другую ги-

задан формальным образом, то есть как логическое

потезу, поэтому фальсифицирующий эксперимент обычно является

отношение между высказываниями – теорией и базис-

решающим экспериментом,который помогает нам выбрать одну из

ными высказываниями. Быть может, суть дела станет

двух гипотез. Это означает, что данные две гипотезы отличаются в

яснее и интуитивно понятнее, если я опишу свой кри-

некотором отношении и эксперимент использует это различие для

терий в более «реалистическом» языке. Хотя такое

опровержения (по крайней мере) одной из них.

*

описание и эквивалентно формальному способу речи, 8 Эта ссылка на принятые базисные высказывания может, как

кажется, скрывать в себе бесконечный регресс. Проблема состоит

оно может оказаться более обычным и понятным.

в следующем. Поскольку некоторая гипотеза фальсифицируется

В этом «реалистическом» языке мы можем сказать, посредством принятиянекоторого базисного высказывания, постоль-

ку нам нужны методологические правила для принятия базисных

что сингулярное (базисное) высказывание описывает

высказываний.Если эти правила в свою очередь ссылаются на при-

явление.Вместо того чтобы говорить о базисных выска-

нятые базисные высказывания, то мы можем попасть в ловушку

зываниях, которые теория устраняет или запрещает, мы

бесконечного регресса. На это я отвечаю, что нужные нам правила

можем теперь говорить, что теория устраняет некото-

являются только правилами принятия базисных высказываний, фаль-

сифицирующих хорошо проверенные и до сих пор успешные гипо-

тезы. Принятые же базисные высказывания, к которым апеллируют

это я отвечаю: в некоторых случаях – ни одного раза.Если я

эти правила, не обязаны носить такой же характер. Кроме того, утверждаю, что в нью-йоркском зоопарке живет семья белых воро-

сформулированное в тексте правило является далеко не полным, нов, то я утверждаю нечто такое, что можно проверить в принципе.

оно говорит лишь об одном важном аспекте принятия базисных вы-

если кто-то захочет проверить это и по прибытии в зоопарк узнает, сказываний, фальсифицирующих успешные в других отношениях ги-

что семья вымерла или что о ней никто ничего не слышал, то ему

потезы, и будет расширено в гл. V (прежде всего в разд. 29).

останется лишь принять или отвергнуть мое фальсифицирующее

Вуджер в частном сообщении поставил такой вопрос: сколько

оазисное высказывание. При этом он, как правило, будет формиро-

раз должен быть воспроизведен некоторый эффект для того, чтобы

вать свое мнение путем анализа свидетельских показаний, докумен-

считаться «воспроизводимым эффектом»(или «открытием»).На

тов и т п., то есть будет апеллировать к другим интерсубъективно

проверяемым и воспроизводимым фактам (ср. разд. 27—30).

116

117

всех эквивалентных ему высказываний». Аналогичным

рые возможные явления и что теория фальсифицирова-

образом высказывание «Явление Pkпроизошло» (или

на, если эти возможные явления действительно проис-

«происходит») мы рассматриваем как означающее то

ходят.

же самое, что и «pkи все эквивалентные ему высказы-

Использование столь неопределенного термина, как

вания истинны».

«явление», может вызвать критику. Иногда говорят9, Цель введенных правил перевода состоит не в том, что такие понятия, как «явление» или «событие», долж-

чтобы утверждать, что когда кто-нибудь использует

ны быть полностью устранены из эпистемологических

слово «явление» в реалистическом языке, он подразуме-

дискуссий и что следует говорить не о «явлениях» или

вает при этом некоторый класс высказываний. Указан-

«отсутствии явлений» и не о «наступлении» «событий», ные правила должны лишь интерпретировать реалисти-

а об истинности или ложности высказываний. Однако

ческий способ речи и сделать понятным, что именно

я предпочитаю сохранить термин «явление». Его упо-

имеют в виду, когда говорят, например, что явление

требление достаточно легко определить так, чтобы оно

Pkпротиворечит теории t.Такое высказывание теперь

не вызывало возражений. Например, можно использо-

будет просто означать, что каждое высказывание, экви-

вать этот термин таким образом, что всякий раз, ког-

валентное pk,противоречит теории tи является, таким

да мы говорим о некотором явлении, можно вместо это-

образом, ее потенциальным фальсификатором.

го говорить о сингулярном высказывании, соответствую-

Введем еще один термин – «событие» ·—· для обозна-

щем этому явлению.

чения того, что может быть типичногоили универсаль-

Определяя понятие «явление», естественно считать, ногов явлениях и что в явлениях можно описать с по-

что два сингулярных высказывания, которые логически

мощью универсальных имен. (Отметим, что под собы-

эквивалентны(взаимовыводимы), описывают одно и то

тием мы не имеем в виду сложного или растянутого во

же явление. Это приводит нас к следующему определе-

времени явления, как может подсказать обыденное ис-

нию: пусть pk– сингулярное высказывание (индекс kпользование этого термина.) Дадим следующее опреде-

относится к индивидуальным именам или координатам, ление: пусть Pk. Pi,…– элементы класса явлений, от-

входящим в ρ/ι); класс всех высказываний, эквивалент-

личающихся друг от друга тольковходящими в них

ных pk,будем называть явлением Pk.В соответствии с

индивидами (пространственно-временными координата-

этим определением явлением мы будем, например, на-

ми или областями) ; этот класс будем называть «собы-

зывать то, что здесь сейчас гремит гром.Это явление

тием (Р)». В соответствии с этим определением мы бу-

мы можем рассматривать как класс высказываний: дем, например, говорить о высказывании «Здесь толь-

«Здесь сейчас гремит гром», «В 13-м районе Вены

ко что опрокинулся стакан с водой», что класс эквива-

10 июня 1933 года в 17 час. 15 мин. гремит гром» и

лентных ему высказываний является элементом собы-

всех других эквивалентных этим высказываний. Реали-

тия «опрокидывание стакана с водой».

стическую формулировку «Высказывание Pkпредстав-

О сингулярном высказывании pk,представляющем

ляет явление Pk»можно тогда рассматривать как

явление Pk

Источник: https://itexts.net/avtor-karl-raymund-popper/129143-logika-i-rost-nauchnogo-znaniya-karl-popper/read/page-9.html

Глава i. обзор основных проблем 11 страница

Явления и события:  Требование фальсифицируемости, которое вначале было несколько

⇐ Предыдущая6789101112131415Следующая ⇒

диться в определенном логическом отношении к воз-

можным базисным высказываниям. Таким образом, это

требование относится только к логической форме такой

гипотезы. Оговорка по поводу того, что гипотеза долж-

на быть подкреплена, указывает на проверки, которые

она должна пройти и в ходе которых она сопоставляет-

ся с принятыми базисными высказываниями* 8 .

7 Фальсифицирующая гипотеза может быть очень низкого уров-

ня универсальности (она может быть получена в результате обоб-

щения индивидуальных характеристик результатов некоторого на-

блюдения; в качестве примера можно указать на «факт», приводимый

Махом, о котором упоминалось в разд. 18). Хотя фальсифицирую-

щая гипотеза должна быть интерсубъективно проверяемой, она в

действительности не обязана быть строго универсальным высказы-

ванием. Так, для фальсификации высказывания «Все вороны чер-

ные» достаточно интерсубъективно проверяемого высказывания

о том, что в нью-йоркском зоопарке живет семья белых воронов.

*Все сказанное доказывает необходимость замены фальсифициро-

ванных гипотез лучшими гипотезами. В большинстве случаев до

фальсификации некоторой гипотезы мы имеем в запасе другую ги-

потезу, поэтому фальсифицирующий эксперимент обычно является

решающим экспериментом, который помогает нам выбрать одну из

двух гипотез. Это означает, что данные две гипотезы отличаются в

некотором отношении и эксперимент использует это различие для

опровержения (по крайней мере) одной из них.

* 8 Эта ссылка на принятые базисные высказывания может, как

кажется, скрывать в себе бесконечный регресс. Проблема состоит

в следующем. Поскольку некоторая гипотеза фальсифицируется

посредством принятия некоторого базисного высказывания, постоль-

ку нам нужны методологические правила для принятия базисных

высказываний. Если эти правила в свою очередь ссылаются на при-

нятые базисные высказывания, то мы можем попасть в ловушку

бесконечного регресса. На это я отвечаю, что нужные нам правила

являютсятолько правилами принятия базисных высказываний, фаль-

сифицирующих хорошо проверенные и до сих пор успешные гипо-

тезы. Принятые же базисные высказывания, к которым апеллируют

эти правила, не обязаны носить такой же характер. Кроме того,

сформулированное в тексте правило является далеко не полным,

оно говорит лишь об одном важном аспекте принятия базисных вы-

сказываний, фальсифицирующих успешные в других отношениях ги-

потезы, и будет расширено в гл. V (прежде всего в разд. 29).

Вуджер в частном сообщении поставил такой вопрос: сколько

раз должен быть воспроизведен некоторый эффект для того, чтобы

считаться «воспроизводимым эффектом» (или «открытием»). На

116

Таким образом, базисные высказывания выполняют

две различные роли. С одной стороны, мы используем

систему всех логически возможных базисных высказы-

ваний для того, чтобы с их помощью логически охарак-

теризовать то, что нас интересует, а именно форму эм-

пирических высказываний. С другой стороны, принятые

базисные высказывания образуют основу для подкреп-

ления гипотез. Если принятое базисное высказывание

противоречит некоторой теории, то мы считаем, что

это дает нам достаточные основания для фальсифика-

ции теории только в том случае, если оно в то же

время подкрепляет фальсифицирующую гипотезу.

23. Явления и события

Требование фальсифицируемости, которое вначале

было несколько неопределенным, теперь разбивается

на две части. Первую — методологический постулат

(см. разд. 20)—едва ли можно сделать совершенно

точной. Вторая — логический критерий — оказывается

вполне определенной, как только нам становится ясным,

какие высказывания называются «базисными» (см.

разд. 28). До сих пор этот логический критерий был

задан формальным образом, то есть как логическое

отношение между высказываниями — теорией и базис-

ными высказываниями. Быть может, суть дела станет

яснее и интуитивно понятнее, если я опишу свой кри-

терий в более «реалистическом» языке. Хотя такое

описание и эквивалентно формальному способу речи,

оно может оказаться более обычным и понятным.

В этом «реалистическом» языке мы можем сказать,

что сингулярное (базисное) высказывание описывает

явление. Вместо того чтобы говорить о базисных выска-

зываниях, которые теория устраняет или запрещает, мы

можем теперь говорить, что теория устраняет некото-

это я отвечаю: в некоторых случаях — ни одного раза. Если я

утверждаю, что в нью-йоркском зоопарке живет семья белых воро-

нов, то я утверждаю нечто такое, что можно проверить в принципе.

если кто-то захочет проверить это и по прибытии в зоопарк узнает,

что семья вымерла или что о ней никто ничего не слышал, то ему

останется лишь принять или отвергнуть мое фальсифицирующее

оазисное высказывание. При этом он, как правило, будет формиро-

вать свое мнение путем анализа свидетельских показаний, докумен-

тов и т п., то есть будет апеллировать к другим интерсубъективно

проверяемым и воспроизводимым фактам (ср. разд. 27—30).

117

рые возможные явления и что теория фальсифицирова-

на, если эти возможные явления действительно проис-

ходят.

Использование столь неопределенного термина, как

«явление», может вызвать критику. Иногда говорят 9 ,

что такие понятия, как «явление» или «событие», долж-

ны быть полностью устранены из эпистемологических

дискуссий и что следует говорить не о «явлениях» или

«отсутствии явлений» и не о «наступлении» «событий»,

а об истинности или ложности высказываний. Однако

я предпочитаю сохранить термин «явление». Его упо-

требление достаточно легко определить так, чтобы оно

не вызывало возражений. Например, можно использо-

вать этот термин таким образом, что всякий раз, ког-

да мы говорим о некотором явлении, можно вместо это-

го говорить о сингулярном высказывании, соответствую-

щем этому явлению.

Определяя понятие «явление», естественно считать,

что два сингулярных высказывания, которые логически

эквивалентны (взаимовыводимы), описывают одно и то

же явление. Это приводит нас к следующему определе-

нию: пусть pk — сингулярное высказывание (индекс k

относится к индивидуальным именам или координатам,

входящим в ρ/ι) ; класс всех высказываний, эквивалент-

ных p k , будем называть явлением Pk. В соответствии с

этим определением явлением мы будем, например, на-

зывать то, что здесь сейчас гремит гром. Это явление

мы можем рассматривать как класс высказываний:

«Здесь сейчас гремит гром», «В 13-м районе Вены

10 июня 1933 года в 17 час. 15 мин. гремит гром» и

всех других эквивалентных этим высказываний. Реали-

стическую формулировку «Высказывание Pk представ-

ляет явление Pk» можно тогда рассматривать как

говорящую то же самое, что и тривиальное высказыва-

ние «Высказывание рь является элементом класса PP.

9 В частности, некоторые представители теории вероятностей

(см. [44, с. 5]). Кейнс ссылается на Энкиллона как первого автора,

предложившего «формальный способ выражения», а также на Буля,

Зубера и Штумпфа. *Хотя я все еще считаю мои («синтаксические»)

определения понятий «явление» и «событие», приведенные в этом

разделе, адекватными моим целям, я больше не убежден, что они

также интуитивно адекватны, то есть адекватно представляют наш

обычный способ их употребления или наши интенции. Тарский ука-

зал мне (в Париже в 1935 году) на то, что здесь требуется «семан-

тическое», а. не «синтаксическое» определение.

118

всех эквивалентных ему высказываний». Аналогичным

образом высказывание «Явление Pk произошло» (или

«происходит») мы рассматриваем как означающее то

же самое, что и «pk и все эквивалентные ему высказы-

вания истинны».

Цель введенных правил перевода состоит не в том,

чтобы утверждать, что когда кто-нибудь использует

слово «явление» в реалистическом языке, он подразуме-

вает при этом некоторый класс высказываний. Указан-

ные правила должны лишь интерпретировать реалисти-

ческий способ речи и сделать понятным, что именно

имеют в виду, когда говорят, например, что явление

Pk противоречит теории t. Такое высказывание теперь

будет просто означать, что каждое высказывание, экви-

валентное pk, противоречит теории t и является, таким

образом, ее потенциальным фальсификатором.

Введем еще один термин — «событие» ·—· для обозна-

чения того, что может быть типичного или универсаль-

ного в явлениях и что в явлениях можно описать с по-

мощью универсальных имен. (Отметим, что под собы-

тием мы не имеем в виду сложного или растянутого во

времени явления, как может подсказать обыденное ис-

пользование этого термина.) Дадим следующее опреде-

ление: пусть Pk. Pi, …— элементы класса явлений, от-

личающихся друг от друга только входящими в них

индивидами (пространственно-временными координата-

ми или областями) ; этот класс будем называть «собы-

тием (Р)». В соответствии с этим определением мы бу-

дем, например, говорить о высказывании «Здесь толь-

ко что опрокинулся стакан с водой», что класс эквива-

лентных ему высказываний является элементом собы-

тия «опрокидывание стакана с водой».

О сингулярном высказывании pk, представляющем

явление P k< в реалистическом языке можно сказать,

что это высказывание говорит о явлении события (Р)

в пространственно-временной области k. Мы считаем,

что это означает то же самое, что и высказывание

«Класс P k сингулярных высказываний, эквивалентных

Pk, является элементом события (Р)»·

Теперь применим введенную терминологию 18 к нашей

проблеме. Если некоторая теория фальсифицируема,

10 Следует отметить, что, хотя сингулярные высказывания опи-

сывают события, универсальные высказывания не описывают со-

119

то о ней можно сказать, что она устраняет или запре-

щает не только некоторое явление, но по крайней мере

одно событие. Поэтому класс запрещаемых базисных

высказываний, то есть потенциальных фальсификато-

ров теор-ии, если он не пуст, всегда должен содержать

неограниченное число базисных высказываний, так как

теория не говорит об индивидах как таковых. Сингу-

лярные базисные высказывания, принадлежащие одно-

му событию, можно назвать «однотипными», указывая

тем самым на аналогию между эквивалентными выска-

зываниями, описывающими одно явление, и однотипны-

ми высказываниями, описывающими одно (типичное)

событие. Теперь мы можем сказать, что каждый непу-

стой класс потенциальных фальсификаторов теории со-

держит по крайней мере один непустой класс однотип-

ных базисных высказываний.

Представим класс всех возможных базисных выска-

зываний в виде круга. Внутреннюю область этого круга

можно рассматривать как изображение совокупности

всех возможных миров опыта, или всех возможных эм-

пирических миров. Пусть, далее, каждое событие изоб-

ражается одним из радиусов (или, точнее говоря, очень

узкой областью или сектором, лежащим вдоль радиуса)

и любые два явления с одинаковыми координатами

(или индивидами) располагаются на одном и том же

расстоянии от центра, то есть на одной концентрической

окружности. Теперь мы можем проиллюстрировать по-

стулат фальсифицируемости с помощью следующего

требования: для каждой эмпирической теории на нашей

диаграмме должен существовать по крайней мере один

радиус (или очень узкий сектор), который запрещен

этой теорией.

Эта иллюстрация может быть полезна при обсужде-

нии многих наших проблем* 11 , в том числе, например,

вопроса о метафизическом характере чисто экзистен-

бытий: они исключают их. Аналогично понятию «явление» понятие

«единообразие», или «регулярность», можно определить, указав на

то, что универсальные высказывания представляют единообразие.

Однако здесь нам этих понятий не требуется, потому что нас ин-

тересует лишь то, что исключается универсальными высказывания-

ми. Поэтому мы совершенно не касаемся вопроса о существовании

регулярностей (универсальных «положений дел» и т. п.). *Эти во-

просы обсуждаются в разд. 79, а также в [70, прилож. *10].

*» Она будет использоваться, в частности, в разд. 31 и сле-

дующих.

120

циальных высказываний (о котором кратко говорилось

в разд. 15). Ясно, что для каждого такого высказыва-

ния будет существовать одно событие (или один ра-

диус) такого рода, что различные базисные высказыва-

ния, принадлежащие этому событию, будут верифици-

ровать данное чисто экзистенциальное высказывание.

Тем не менее класс его потенциальных фальсификато-

ров пуст, так как из экзистенциального высказывания

ничего не следует относительно возможного мира опыта

(оно не исключает и не запрещает ни одного радиуса).

Вместе с тем тот факт, что из каждого базисного вы-

сказывания следует чисто экзистенциальное высказы-

вание, не может быть использован в качестве аргумен-

та в защиту эмпирического характера последнего.

Каждая тавтология тоже следует из любого базисного

высказывания, но она вообще следует из любого выска-

зывания.

Теперь стоит, по-видимому, сказать несколько слов

относительно противоречивых высказываний.

В то время как тавтологии, чисто экзистенциальные

и другие нефальсифицируемые высказывания говорят,

так сказать, слишком мало о классе возможныхбазис-

ных высказываний, противоречивые высказывания гово-

рят о нем слишком много. Из противоречивого выска-

зывания можно логически обоснованно вывести любое

высказывание* 12 . Следовательно, класс его потенциаль-

* 12 Этот факт даже спустя десять лет после выхода в свет этой

моей книги не был вполне осознан. Коротко суть дела можно изло-

жить следующим образом. Из фактуалыю ложного высказывания

«материально следует» (но не логически следует) любое высказыва-

ние. Из логически ложного высказывания логически следует, или вы-

водимо, любое высказывание. Поэтому, конечно, существенно важно

четко различать просто фактуально ложные (синтетические) выска-

зывания и логически ложные, или противоречивые, высказывания, то

есть высказывания, из которых можно вывести высказывание фор-

мы р-р,

Покажем, что из противоречивого высказывания следует любое

высказывание. Из «исходных предложений» Рассела мы сразу же

получаем:

вместо p\/q,

(1) p-

Подставляя в (1) сначала p вместо p, а затем р-

получим:

(2) р-

121

ных фальсификаторов совпадает с классом всех воз-

можных базисных высказываний: оно фальсифицирует-

ся любым высказыванием. (Можно сказать, что этот

факт иллюстрирует преимущество нашего метода, то

есть предложенный нами способ анализа возможных

фальсификаторов, а не возможных верификаторов. Ес-

ли бы можно было верифицировать некоторое высказы-

вание или хотя бы сделать его вероятным посредством

верификации его логических следствий, то следовало

бы согласиться с тем, что принятие любого базисного

высказывания делает любое противоречивое высказы-

вание подтвержденным, верифицируемым или по край-

ней мере вероятным.)

24. Фальсифицируемость и непротиворечивость

Среди различных требований, которым должна

удовлетворять теоретическая (аксиоматическая) систе-

ма, требование непротиворечивости играет особую роль.

Его следует рассматривать как первое требование, ко-

торому должна удовлетворять любая теоретическая си-

стема — как эмпирическая, так и неэмпирическая.

Чтобы показать фундаментальное значение этого

требования, недостаточно упомянуть тот очевидный

факт, что противоречивая системадолжна быть отверг-

нута как «ложная». Мы ведь часто имеем дело с выска-

зываниями, которые хотя и являются ложными, тем не

менее дают результаты, адекватные для определенных

целей. (Примером может служить предложенная Нерн-

стом аппроксимация для уравнения равновесия газов.)

Поэтому значение требования непротиворечивости мы

можем оценить лишь тогда, когда осознаем, что про-

тиворечивая система является неинформативной. Дей-

Отсюда на основании правила «импортации» переходим к:

(3) р-р—*-

Источник: https://lektsii.org/17-16160.html

23. Явления и события

Явления и события:  Требование фальсифицируемости, которое вначале было несколько

Требование фальсифицируемости, которое вначале было несколько неопределенным, теперь разбивается на две части. Первую—методологический постулат (см. разд. 20) — едва ли можно сделать совершенно точной. Вторая—логический критерий—оказывается вполне определенной, как только нам становится ясным, какие высказывания называются “базисными” (см. разд. 28).

До сих пор этот логический критерий был задан формальным образом, то есть как логическое отношение между высказываниями—теорией и базисными высказываниями. Быть может, суть дела станет яснее и интуитивно понятнее, если я опишу свой критерий в более “реалистическом” языке.

Хотя такое описание и эквивалентно формальному способу речи, оно может оказаться более обычным и понятным.

В этом “реалистическом” языке мы можем сказать, что сингулярное (базисное) высказывание описывает явление. Вместо того чтобы говорить о базисных высказываниях, которые теория устраняет или запрещает, мы можем теперь говорить, что теория устраняет некоторые возможные явления и что теория фальсифицирована, если эти возможные явления действительно происходят.

Использование столь неопределенного термина, как “явление”, может вызвать критику.

Иногда говорят, что такие понятия, как “явление” или “событие”, должны быть полностью устранены из эпистемологических дискуссий и что следует говорить не о “явлениях” или “отсутствии явлений” и не о “наступлении” “событий”, а об истинности или ложности высказываний. Однако я предпочитаю сохранить термин “явление”.

Его употребление достаточно легко определить так, чтобы оно не вызывало возражений. Например, можно использовать этот термин таким образом, что всякий раз, когда мы говорим о некотором явлении, можно вместо этого говорить о сингулярном высказывании, соответствующем этому явлению.

Определяя понятие “явление”, естественно считать, что два сингулярных высказывания, которые логически эквивалентны (взаимовыводимы), описывают одно и то же явление.

Это приводит нас к следующему определению: пусть pk—сингулярное высказывание (индекс k относится к индивидуальным именам или координатам, входящим в pk ), класс всех высказываний, эквивалентных pk, будем называть явлением Pk. В соответствии с этим определением явлением мы будем, например, называть то, что здесь сейчас гремит гром.

Это явление мы можем рассматривать как класс высказываний: “Здесь сейчас гремит гром”, “В 13-м районе Вены 10 июня 1933 года в 17 час. 15 мин. гремит гром” и всех других эквивалентных этим высказываний.

Реалистическую формулировку “Высказывание pk представляет явление Pk можно тогда рассматривать как говорящую то же самое, что и тривиальное высказывание “Высказывание pk является элементом класса Pk всех эквивалентных ему высказываний”. Аналогичным образом высказывание “Явление Pk произошло” (или “происходит”) мы рассматриваем как означающее то же самое, что и “pk и все эквивалентные ему высказывания истинны”.

Цель введенных правил перевода состоит не в том, чтобы утверждать, что когда кто-нибудь использует слово “явление” в реалистическом языке, он подразумевает при этом некоторый класс высказываний.

Указанные правила должны лишь интерпретировать реалистический способ речи и сделать понятным, что именно имеют в виду, когда говорят, например, что явление Pk противоречит теории t.

Такое высказывание теперь будет просто означать, что каждое высказывание, эквивалентное pk, противоречит теории t и является, таким образом, ее потенциальным фальсификатором.

Введем еще один термин—“событие”—для обозначения того, что может быть типичного или универсального в явлениях и что в явлениях можно описать с помощью универсальных имен. (Отметим, что под событием мы не имеем в виду сложного или растянутого во времени явления, как может подсказать обыденное использование этого термина.) Дадим следующее определение: пусть Pk, Pl , …

—элементы класса явлений, отличающихся друг от друга только входящими в них индивидами (пространственно-временными координатами или областями); этот класс будем называть “событием (Р) ”.

В соответствии с этим определением мы будем, например, говорить о высказывании “Здесь только что опрокинулся стакан с водой”, что класс эквивалентных ему высказываний является элементом события “опрокидывание стакана с водой”.

О сингулярном высказывании pk, представляющем явление Pk, в реалистическом языке можно сказать, что это высказывание говорит о явлении события (Р) в пространственно-временной области k. Мы считаем, что это означает то же самое, что и высказывание “Класс Pk сингулярных высказываний, эквивалентных pk , является элементом события (Р)”.

Теперь применим введенную терминологию к нашей проблеме. Если некоторая теория фальсифицируема, то о ней можно сказать, что она устраняет или запрещает не только некоторое явление, но по крайней мере одно событие.

Поэтому класс запрещаемых базисных высказываний, то есть потенциальных фальсификаторов теории, если он не пуст, всегда должен содержать неограниченное число базисных высказываний, так как теория не говорит об индивидах как таковых.

Сингулярные базисные высказывания, принадлежащие одному событию, можно назвать “однотипными”, указывая тем самым на аналогию между эквивалентными высказываниями, описывающими одно явление, и однотипными высказываниями, описывающими одно (типичное) событие.

Теперь мы можем сказать, что каждый непустой класс потенциальных фальсификаторов теории содержит по крайней мере один непустой класс однотипных базисных высказываний.

Представим класс всех возможных базисных высказываний в виде круга. Внутреннюю область этого круга можно рассматривать как изображение совокупности всех возможных миров опыта, или всех возможных эмпирических миров.

Пусть, далее, каждое событие изображается одним из радиусов (или, точнее говоря, очень узкой областью или сектором, лежащим вдоль радиуса) и любые два явления с одинаковыми координатами (или индивидами) располагаются на одном и том же расстоянии от центра, то есть на одной концентрической окружности.

Теперь мы можем проиллюстрировать постулат фальсифицируемости с помощью следующего требования: для каждой эмпирической теории на нашей диаграмме должен существовать по крайней мере один радиус (или очень узкий сектор), который запрещен этой теорией.

Эта иллюстрация может быть полезна при обсуждении многих наших проблем, в том числе, например, вопроса о метафизическом характере чисто экзистенциальных высказываний (о котором кратко говорилось разд. 15).

Ясно, что для каждого такого высказывания будет существовать одно событие (или один радиус) такого рода, что различные базисные высказывания, принадлежащие этому событию, будут верифицировать данное чисто экзистенциальное высказывание.

Тем не менее класс его потенциальных фальсификаторов пуст, так как из экзистенциального высказывания ничего не следует относительно возможного мира опыта (оно не исключает и не запрещает ни одного радиуса).

Вместе с тем тот факт, что из каждого базисного высказывания следует чисто экзистенциальное высказывание, не может быть использован в качестве аргумента в защиту эмпирического характера последнего. Каждая тавтология тоже следует из любого базисного высказывания, но она вообще следует из любого высказывания.

Теперь стоит, по-видимому, сказать несколько слов относительно противоречивых высказываний.

В то время как тавтологии, чисто экзистенциальные и другие нефальсифицируемые высказывания говорят, так сказать, слишком мало о классе возможных базисных высказываний, противоречивые высказывания говорят о нем слишком много. Из противоречивого высказывания можно логически обоснованно вывести любое высказывание.

Следовательно, класс его потенциальных фальсификаторов совпадает с классом всех возможных базисных высказываний: оно фальсифицируется любым высказыванием.

(Можно сказать, что этот факт иллюстрирует преимущество нашего метода, то есть предложенный нами способ анализа возможных фальсификаторов, а не возможных верификаторов.

Если бы можно было верифицировать некоторое высказывание или хотя бы сделать его вероятным посредством верификации его логических следствий, то следовало бы согласиться с тем, что принятие любого базисного высказывания делает любое противоречивое высказывание подтвержденным, верифицируемым или по крайней мере вероятным.)

Источник: http://www.adhdportal.com/book_3579_chapter_26_L%D1%96teratura.html

Читать онлайн Логика и рост научного знания страница 35. Большая и бесплатная библиотека

Явления и события:  Требование фальсифицируемости, которое вначале было несколько

«подстановки», взятые вместе, в большинстве случаев будут про-

тиворечить этому закону.

114

115

креплена эмпирическая гипотеза низкого уровня универ-

сальности, описывающая такой эффект. Подобные ги-

Таким образом, базисные высказывания выполняют

потезы можно назвать фальсифицирующими гипотеза-

две различные роли. С одной стороны, мы используем

ми

систему всех логически возможных базисных высказы-

7. Требование, говорящее о том, что фальсифицирую-

щая гипотеза должна быть эмпирической и поэтому

ваний для того, чтобы с их помощью логически охарак-

фальсифицируемой, означает, что она должна нахо-

теризовать то, что нас интересует, а именно форму эм-

диться в определенном логическом отношении к воз-

пирических высказываний. С другой стороны, принятые

можным базисным высказываниям. Таким образом, это

базисные высказывания образуют основу для подкреп-

требование относится только к логической форме такой

ления гипотез. Если принятое базисное высказывание

гипотезы. Оговорка по поводу того, что гипотеза долж-

противоречит некоторой теории, то мы считаем, что

на быть подкреплена, указывает на проверки, которые

это дает нам достаточные основания для фальсифика-

она должна пройти и в ходе которых она сопоставляет-

ции теории только в том случае, если оно в то же

ся с принятыми базисными высказываниями*

время подкрепляет фальсифицирующую гипотезу.

8 .

23. Явления и события

7 Фальсифицирующая гипотеза может быть очень низкого уров-

ня универсальности (она может быть получена в результате обоб-

щения индивидуальных характеристик результатов некоторого на-

Требование фальсифицируемости, которое вначале

блюдения; в качестве примера можно указать на «факт», приводимый

было несколько неопределенным, теперь разбивается

Махом, о котором упоминалось в разд. 18). Хотя фальсифицирую-

на две части. Первую — методологический постулат

щая гипотеза должна быть интерсубъективно проверяемой, она в

(см. разд. 20)—едва ли можно сделать совершенно

действительности не обязана быть строго универсальным высказы-

точной. Вторая — логический критерий — оказывается

ванием. Так, для фальсификации высказывания «Все вороны чер-

ные» достаточно интерсубъективно проверяемого высказывания

вполне определенной, как только нам становится ясным, о том, что в нью-йоркском зоопарке живет семья белых воронов.

какие высказывания называются «базисными» (см.

*Все сказанное доказывает необходимость замены фальсифициро-

разд. 28). До сих пор этот логический критерий был

ванных гипотез лучшими гипотезами. В большинстве случаев до

фальсификации некоторой гипотезы мы имеем в запасе другую ги-

задан формальным образом, то есть как логическое

потезу, поэтому фальсифицирующий эксперимент обычно является

отношение между высказываниями — теорией и базис-

решающим экспериментом, который помогает нам выбрать одну из

ными высказываниями. Быть может, суть дела станет

двух гипотез. Это означает, что данные две гипотезы отличаются в

яснее и интуитивно понятнее, если я опишу свой кри-

некотором отношении и эксперимент использует это различие для

терий в более «реалистическом» языке. Хотя такое

опровержения (по крайней мере) одной из них.

*

описание и эквивалентно формальному способу речи, 8 Эта ссылка на принятые базисные высказывания может, как

кажется, скрывать в себе бесконечный регресс. Проблема состоит

оно может оказаться более обычным и понятным.

в следующем. Поскольку некоторая гипотеза фальсифицируется

В этом «реалистическом» языке мы можем сказать, посредством принятия некоторого базисного высказывания, постоль-

ку нам нужны методологические правила для принятия базисных

что сингулярное (базисное) высказывание описывает

высказываний. Если эти правила в свою очередь ссылаются на при-

явление. Вместо того чтобы говорить о базисных выска-

нятые базисные высказывания, то мы можем попасть в ловушку

зываниях, которые теория устраняет или запрещает, мы

бесконечного регресса. На это я отвечаю, что нужные нам правила

можем теперь говорить, что теория устраняет некото-

являются только правилами принятия базисных высказываний, фаль-

сифицирующих хорошо проверенные и до сих пор успешные гипо-

тезы. Принятые же базисные высказывания, к которым апеллируют

это я отвечаю: в некоторых случаях — ни одного раза. Если я

эти правила, не обязаны носить такой же характер. Кроме того, утверждаю, что в нью-йоркском зоопарке живет семья белых воро-

сформулированное в тексте правило является далеко не полным, нов, то я утверждаю нечто такое, что можно проверить в принципе.

оно говорит лишь об одном важном аспекте принятия базисных вы-

если кто-то захочет проверить это и по прибытии в зоопарк узнает, сказываний, фальсифицирующих успешные в других отношениях ги-

что семья вымерла или что о ней никто ничего не слышал, то ему

потезы, и будет расширено в гл. V (прежде всего в разд. 29).

останется лишь принять или отвергнуть мое фальсифицирующее

Вуджер в частном сообщении поставил такой вопрос: сколько

оазисное высказывание. При этом он, как правило, будет формиро-

раз должен быть воспроизведен некоторый эффект для того, чтобы

вать свое мнение путем анализа свидетельских показаний, докумен-

считаться «воспроизводимым эффектом» (или «открытием»). На

тов и т п., то есть будет апеллировать к другим интерсубъективно

проверяемым и воспроизводимым фактам (ср. разд. 27—30).

116

117

всех эквивалентных ему высказываний». Аналогичным

рые возможные явления и что теория фальсифицирова-

образом высказывание «Явление Pk произошло» (или

на, если эти возможные явления действительно проис-

«происходит») мы рассматриваем как означающее то

ходят.

же самое, что и «pk и все эквивалентные ему высказы-

Использование столь неопределенного термина, как

вания истинны».

«явление», может вызвать критику. Иногда говорят9, Цель введенных правил перевода состоит не в том, что такие понятия, как «явление» или «событие», долж-

чтобы утверждать, что когда кто-нибудь использует

ны быть полностью устранены из эпистемологических

слово «явление» в реалистическом языке, он подразуме-

дискуссий и что следует говорить не о «явлениях» или

вает при этом некоторый класс высказываний. Указан-

«отсутствии явлений» и не о «наступлении» «событий», ные правила должны лишь интерпретировать реалисти-

а об истинности или ложности высказываний. Однако

ческий способ речи и сделать понятным, что именно

я предпочитаю сохранить термин «явление». Его упо-

имеют в виду, когда говорят, например, что явление

требление достаточно легко определить так, чтобы оно

Pk противоречит теории t. Такое высказывание теперь

не вызывало возражений. Например, можно использо-

будет просто означать, что каждое высказывание, экви-

вать этот термин таким образом, что всякий раз, ког-

валентное pk, противоречит теории t и является, таким

да мы говорим о некотором явлении, можно вместо это-

образом, ее потенциальным фальсификатором.

го говорить о сингулярном высказывании, соответствую-

Введем еще один термин — «событие» ·—· для обозна-

щем этому явлению.

чения того, что может быть типичного или универсаль-

Определяя понятие «явление», естественно считать, ного в явлениях и что в явлениях можно описать с по-

Источник: https://dom-knig.com/read_474947-35

Критерий фальсифицируемости теорий по Карлу Попперу

Явления и события:  Требование фальсифицируемости, которое вначале было несколько

Данная статья относится к Категории: Методология науки

Карл Поппер опубликовал книгу: Логика научного исследования / Logic of Scientific Discovery, где предложил критерий фальсифицируемости / falsifiability теорий. Применение этого критерия – по мысли его автора – позволяет отделить научное знание от ненаучного.

В 1953 году Карл Поппер так описал ход своих рассуждений:

Летом 1919 года я начал испытывать всё большее разочарование в этих трёх теориях — в марксистской теории истории, психоанализе и индивидуальной психологии, и у меня стали возникать сомнения в их научном статусе.

Вначале моя проблема вылилась в форму простых вопросов: Что ошибочного в марксизме, психоанализе и индивидуальной психологии?, Почему они так отличаются от физических теорий, например, от теории Ньютона и в особенности — от теории относительности?.

Для пояснения контраста между этими двумя группами теорий я должен заметить, что в то время лишь немногие из нас могли бы сказать, что они верят в истинность эйнштейновской теории гравитации. Это показывает, что меня волновало не сомнение в истинности трех других теорий, а нечто иное.

И даже не то, что математическая физика казалась мне более точной, чем теории социологии или психологии. Таким образом, то, что меня беспокоило, не было ни проблемой истины — по крайней мере, в то время, — ни проблемой точности или измеримости.

Скорее я чувствовал, что эти три другие теории, хотя и выражены в научной форме, на самом деле имеют больше общего с примитивными мифами, чем с наукой, что они в большей степени напоминают астрологию, чем астрономию.

Я обнаружил, что те из моих друзей, которые были поклонниками Маркса, Фрейда и Адлера, находились под впечатлением некоторых моментов, общих для этих теорий, в частности, под впечатлением их явной объяснительной силы.

Казалось, эти теории способны объяснить практически всё, что происходило в той области, которую они описывали. Изучение любой из них как будто бы приводило к полному духовному перерождению или к откровению, раскрывающему нам глаза на новые истины, скрытые от непосвящённых.

Раз Ваши глаза однажды были раскрыты, Вы будете видеть подтверждающие примеры всюду: мир полон верификациями теории. Всё, что происходит, подтверждает её.

Поэтому истинность теории кажется очевидной, и сомневающиеся в ней выглядят людьми, отказывающимися признать очевидную истину либо потому, что она несовместима с их классовыми интересами, либо в силу присущей им подавленности, непонятой и нуждающейся в лечении.

Наиболее характерной чертой данной ситуации для меня выступает непрерывный поток подтверждений и наблюдений, верифицирующих такие теории. Это постоянно подчёркивается их сторонниками. Защитники психоанализа Фрейда утверждают, что их теории неизменно верифицируются их клиническими наблюдениями.

Что касается теории Адлера, то на меня большое впечатление произвел личный опыт. Однажды в 1919 году я сообщил Адлеру о случае, который, как мне показалось, было трудно подвести под его теорию. Однако Адлер легко проанализировал его в терминах своей теории неполноценности, хотя даже не видел ребёнка, о котором шла речь.

Слегка ошеломленный, я спросил его, почему он так уверен в своей правоте. В силу моего тысячекратного опыта, — ответил он.

Я не смог удержаться от искушения сказать ему: Теперь с этим новым случаем, я полагаю, Ваш тысячекратный опыт, по-видимому, стал ещё больше! При этом я имел в виду, что его предыдущие наблюдения были не лучше этого последнего — каждое из них интерпретировалось в свете предыдущего опыта и в то же время рассматривалось как дополнительное подтверждение.

Карл Поппер, Наука: предположения и опровержения / Предположения и опровержения: рост научного знания, М., Аст, 2004 г., с. 65-66.

И далее:

Зимой 1919/20 года эти рассуждения привели меня к выводам, которые теперь я сформулировал бы так:

(1) Легко получить подтверждения, или верификации, почти для каждой теории, если мы ищем подтверждений.

(2) Подтверждения следует принимать во внимание только в том случае, если они являются результатом рискованных предсказаний, то есть когда мы, не будучи осведомлёнными о некоторой теории, ожидали бы события, несовместимого с этой теорией, — события, опровергающего данную теорию.

(3) Каждая хорошая научная теория является некоторым запрещением: она запрещает появление определённых событий. Чем больше теория запрещает, тем она лучше.

(4) Теория, не опровержимая никаким мыслимым событием, является ненаучной. Неопровержимость представляет собой не достоинство теории (как часто думают), а её порок.

(5) Каждая настоящая проверка теории является попыткой её фальсифицировать, то есть опровергнуть. Проверяемость есть фальсифицируемость; при этом существуют степени проверяемости: одни теории более проверяемы, в большей степени опровержимы, чем другие; такие теории подвержены, так сказать, большему риску.

(6) Подтверждающее свидетельство не должно приниматься в расчёт за исключением тех случаев, когда оно является результатом подлинной проверки теории. Это означает, что его следует понимать как результат серьёзной, но безуспешной попытки фальсифицировать теорию. (Теперь в таких случаях я говорю о подкрепляющем свидетельстве.)

(7) Некоторые подлинно проверяемые теории после того, как обнаружена их ложность, всё-таки поддерживаются их сторонниками, например, с помощью введения таких вспомогательных допущений ad hос или с помощью такой переинтерпретации ad hoc теории, которые избавляют её от опровержения. Такая процедура всегда возможна, но она спасает теорию от опровержения только ценой уничтожения или, по крайней мере, уменьшения её научного статуса. (Позднее такую спасательную операцию я назвал конвенционалистской стратегией или конвенционалистской уловкой.)

Всё сказанное можно суммировать в следующем утверждении: критерием научного статуса теории является её фальсифицируемость, опровержимость, или проверяемость.

Карл Поппер, Наука: предположения и опровержения / Предположения и опровержения: рост научного знания, М., Аст, 2004 г., с. 68-69.

Замечу, что критерий фальсифицируемости разделяет множество теорий на: научные и ненаучные (которые принципиально неопровержимы, так как их не может опровергнуть какой-либо факт).

Критерий фальсифицируемости не является критерием истинности либо возможности успешного применения той или иной теории…

Приблизительно двадцать пять лет назад я предложил отличать эмпирические, или научные, теории от неэмпирических, или вненаучных, теорий, указав на то, что эмпирические теории опровержимы, а неэмпирические теории неопровержимы. При этом я руководствовался следующими соображениями.

Каждая серьёзная проверка теории является попыткой опровергнуть её. Следовательно, проверяемость есть то же, что и опровержимость или фальсифицируемость.

И поскольку мы хотим называть эмпирическими или научными только такие теории, которые можно проверить эмпирически, постольку мы должны заключить, что именно возможность эмпирического опровержения является отличительной особенностью эмпирических, или научных, теорий.

Если принять этот критерий опровержимости, то мы тотчас же увидим, что философские, или метафизические, теории неопровержимы по определению.

Карл Поппер, Кантовская критика и космология / Предположения и опровержения: рост научного знания, М., Аст, 2004 г., с. 329.

Источник — портал VIKENT.RU

Дополнительные возможности

Начало IX-го сезона бесплатных воскресных online-лекций VIKENT.RU о творческих Личностях и принятии креативных решений – 26 января 2020 года в 19:59 (мск)

Изображения в статье

К. Поппер в 1990 году, Lucinda Douglas-Menzies link , No restrictions

Наука Методология Фальсификация Поппер Длиннопост

Источник: https://pikabu.ru/story/kriteriy_falsifitsiruemosti_teoriy_po_karlu_popperu_7144867?cid=158089247

Scicenter1
Добавить комментарий